16 декабря 1947 - 7 февраля 2017
Борис Давыдович Зубицкий
1947 — 2017
В середине 90-х, в разгар приватизационной лихорадки, в кабинете Анатолия Чубайса решалась судьба одного из крупнейших металлургических активов страны — Челябинского металлургического комбината. Для Бориса Зубицкого, уже прошедшего путь от инженера до директора, этот день стал точкой невозврата. Успех в тех переговорах означал не просто удачную сделку, а переход в иной статус — из управленца советской закалки в хозяина и стратега новой, рыночной эпохи. Именно тогда, в гуще политических и экономических баталий, родился промышленный магнат и будущий парламентарий.
Его мир с детства был определён грохотом машин и запахом горячего металла. Выросший в Челябинске, городе-труженике и городе-заводе, он впитывал его суровый ритм как норму жизни. После школы путь был предопределён — Челябинский политехнический институт, специальность «Обработка металлов давлением». Диплом инженера стал не формальностью, а пропуском в реальный, полный сложностей мир производства, где он начал восхождение с самых низов.
Карьера на Челябинском металлургическом комбинате развивалась стремительно, но не благодаря протекциям, а из-за редкого сочетания технической грамотности и организаторской хватки. От мастера прокатного цеха до генерального директора — он прошёл все ступени, досконально зная каждый процесс и каждого человека. Это знание стало его главным капиталом в эпоху перемен, когда прежняя система рухнула, а новая ещё не была построена. Он не растерялся, а увидел в хаосе возможность.
Главным делом его жизни стало создание и руководство Промышленно-металлургическим холдингом, гигантом, вобравшим в себя сердце уральской индустрии. Но параллельно с этим началась иная глава — государственная. В 1999 году он был избран в Государственную думу, где прослужил четыре созыва. Его политика была прямым продолжением бизнеса: он стал голосом тяжёлой промышленности в парламенте, лоббистом интересов реального сектора, мостом между властью и гигантскими заводами, от которых зависели целые города.
В нём не было пафоса, характерного для олигархов первой волны. Он оставался «своим парнем» с Урала — немногословным, прагматичным, жёстким в решениях, но верным своему слову и своему кругу. Его сила была не в публичности, а в глубинном понимании того механизма — и заводского, и политического, — который он взялся приводить в движение. Он предпочитал кабинетную работу и точечное влияние громким заявлениям.
Его уход в 2017 году стал финалом целой эпохи — времени промышленников-собственников, пришедших к успеху не из финансовых спекуляций, а из цехов и заводоуправлений. Он оставил после себя не только устойчивый бизнес, но и модель, в которой депутатский мандат использовался не для личного пиара, а как инструмент защиты и развития конкретной, жизненно важной для страны отрасли. Его наследие — это работающие предприятия и сформированная школа управленцев.