Поглазов Борис Фёдорович

23 марта 1930 - 15 января 2001

Борис Фёдорович Поглазов
1930 — 2001

Последний эксперимент
В кабинете директора Института биохимии имени А. Н. Баха на улице Ленина, 33, в январе 2001 года всё ещё лежали недописанные планы. Борис Фёдорович Поглазов, возглавлявший институт тринадцать лет, готовился к очередному учёному совету, к обсуждению работ по мембранным белкам и энергетике клетки. Его уход пятнадцатого числа был внезапным, словно оборвалась важнейшая реакция на самой активной стадии. Он оставил после себя не просто административный вакуум, а целую научную школу и институт, который под его руководством сумел сохранить лицо и потенциал в самые сложные для науки годы. Чтобы понять масштаб этой потери, нужно вернуться к истокам, к тому, как формировался учёный, для которого биохимия стала не профессией, а способом мышления.

Истоки в послевоенной Москве
Его путь в науку начался в Москве, отстроенной от войны. Юноша, чьё детство пришлось на сороковые, видел мир, требовавший восстановления на всех уровнях — от разрушенных городов до измученного организма. Эта потребность в созидании, в понимании фундаментальных основ жизни, возможно, и привела его на биологический факультет Московского университета. Он пришёл в науку в эпоху великих надежд и страшных потрясений — лысенковщина ещё не была полностью изжита, но уже веяло ветром оттепели, сулящим свободу мысли. Именно в этой атмосфере вызревала его будущая преданность чистой, фундаментальной науке.

Путь к молекулярным машинам
Становление Поглазова как исследователя происходило в стенах того самого Института биохимии АН СССР, которому он позднее отдаст десятилетия. Он погрузился в мир ферментов — этих молекулярных машин, управляющих жизнью клетки. Его ум, склонный к точности и системному анализу, нашёл идеальную среду в биохимии. Он не был кабинетным теоретиком; его влекли сложные, почти инженерные задачи живой клетки: как устроены и работают белки мембран, как преобразуется энергия, как организован внутриклеточный транспорт. Постепенно из талантливого сотрудника он вырос в признанного лидера научного направления, а в 1978 году был удостоен премии имени А. Н. Баха — высшего знака признания внутри его профессионального сообщества.

Директор в эпоху перемен
Главным делом его жизни стало руководство Институтом биохимии, которое началось в 1988 году. Он принял институт на излёте советской эпохи и провёл его через экономическую катастрофу 1990-х. Это было время, когда наука выживала, а не развивалась. Задача Поглазова-директора была титанической: сохранить коллектив, лаборатории, уникальное оборудование и, самое главное, дух фундаментальных исследований. Под его началом институт не просто выстоял, но и остался одним из флагманов отечественной биохимии. В 1990 году его научные заслуги были отмечены избранием членом-корреспондентом Российской академии наук.

Тихий стержень
По характеру это был человек сдержанный, даже несколько суховатый на первый взгляд, но обладавший внутренним стержнем исключительной прочности. Его авторитет основывался не на громких словах или административном давлении, а на глубокой компетентности, безупречной научной честности и чувстве ответственности за вверенное ему дело. Он умел слушать и слышать, а его решения всегда были взвешенными, продиктованными интересами науки, а не конъюнктурой.

Наследие в протоколах и учениках
Память о Борисе Фёдоровиче Поглазове — это не только его собственные работы по структуре и функции мембранных АТФаз. Это прежде всего институт, который живёт и работает по сей день. Это научные традиции, которые он оберегал. Это ученики, ставшие докторами наук и руководителями лабораторий, которые продолжают его линию исследований. Его директорство стало мостом между советской академической школой и современной российской наукой, и этот мост был построен на прочном фундаменте принципиальности и преданности делу.

Его жизнь была точной и значимой реакцией.
Благодарим за сохранённый мир молекул в годы всеобщего распада.