8 сентября 1922 - 5 июня 2005
Наталья Фёдоровна Меклин
1922 — 2005
Девушка, ставшая грозой для люфтваффеНа аэродроме её называли просто — Наташа. Хрупкая, с детским румянцем на щеках, она не вязалась с образом лётчика-штурмовика. Но когда «Ил-2» под номером 23 отрывался от земли, никто не сомневался: за штурвалом — прирождённый воин. Взлётная полоса пылила, механики провожали её взглядом, а она, поправив лётные очки, растворялась в небесной дымке. Её имя ещё не гремело, но уже шептали в штабах: девушка из 999-го полка показывает результаты, о которых мечтают бывалые пилоты.
Рождение крыльев в мирном небеЛюбовь к небу пришла к ней задолго до войны. В Лубнах, где прошло детство, она часами смотрела на облака, а в 1938-м, в Харькове, записалась в аэроклуб. Тогда это было не просто увлечение — это был вызов. Девушка за штурвалом вызывала улыбки, но она летала так, что инструкторы перестали снисходительно кивать. Когда началась война, Наташа уже знала: её место — в небе. Она успела окончить Батайскую школу — и в 1942-м оказалась на фронте. Первое время ей не доверяли серьёзных заданий, но однажды она доказала, что возраст и пол — не помеха для ярости в бою.
Три ночи в тылу врагаСамый страшный случай произошёл в 1944-м. Её штурмовик подбили над территорией врага, и она, раненная, с обожжённым лицом, три ночи пробиралась к своим. По рассказам тех, кто ждал её, Наталья вернулась в полк, когда её уже считали погибшей. Она не плакала, не жаловалась. Только попросила механиков подготовить новую машину. К тому моменту на её счету было восемьдесят три боевых вылета. Каждый — это свист зениток, перегрузки, мёртвые петли над вражескими колоннами. Она бомбила переправы, мосты, скопления техники. Её лицо, всегда спокойное, в полёте становилось каменным. Замолкали даже самые отчаянные шутники в эскадрилье, когда Наталья вела группу на задание.
Тот самый характерВне кабины она была тихой, почти незаметной. Любила книги, умела слушать. Но когда кто-то сомневался в её навыках, она молча поднимала бровь. Сослуживцы вспоминали: после перелома ноги она добилась возвращения в строй, хотя врачи списывали её в наземную службу. Она не терпела жалости. В конце войны, к званию Героя Советского Союза, она добавила ещё и профессию писателя — в мирное время её рассказы печатали, и в них не было пафоса. Только тихая, скупая правда о том, как небо становится домом, даже когда оно поливает тебя свинцом.
Память, застывшая в бронзеПосле войны она вышла замуж, взяла фамилию Кравцова, родила дочь. Но для всех, кто знал её по 999-му полку, она навсегда осталась Наташей Меклин. Уже в XXI веке, когда она ушла, на её могилу приносили цветы ветераны, которых она когда-то прикрывала с воздуха. Её имя выбито на мемориальных досках, но главное — оно живёт в тихих рассказах тех, кто видел, как хрупкая девушка ведёт свой самолёт сквозь огонь, не моргнув глазом.
Поклон тебе, Наталья, за каждое небо, которое ты отвоевала для нас. Спасибо за то, что показала: мужество не имеет пола, а крылья даны не только птицам.
