Дамский Абрам Маркович

30 июля 1908 - 17 сентября 1983

Абрам Маркович Дамский
1908 — 1983

Тот, кто мог бы строить заводы в другой стране
Мог ли сын скромного кишинёвского ремесленника, приноровившийся к языкам и чертежам, оказаться на другом континенте? В тридцатых годах, когда Европа сыпалась в пропасть, тысячи семей бежали за океан. Абрам Дамский мог бы стать инженером в Детройте или Цюрихе. Вместо этого он остался в стране, которая сперва дала ему образование, а потом доверила завод «Вибратор» в самый страшный час войны. Он принял это доверие и не уронил.

Ремесло вместо эмиграции
Детство в Кишинёве, на перекрёстке империй и культур, могло воспитать в нём скитальца. Мог бы. Но мальчик, который родился в 1908 году, впитал не тоску по исчезнувшему миру, а жажду точности. Ещё подростком он пристрастился к математике, к черчению, к ощущению, что из прямых линий и формул можно собрать нечто прочное. Когда начались скитания века, он выбрал не дорогу, а мастерскую.

Путь, который не прервала война
К концу тридцатых годов молодой инженер уже работал на ленинградских заводах. Нарабатывал хватку, учился управлять людьми и станками. Война могла разорвать его карьеру, как бумажную ленту. Но в 1941-м, когда фронт подкатился к городу на Неве, именно Дамского назначили директором завода «Вибратор». Могло статься, что завод эвакуируют под бомбами, потеряют оборудование, похоронят кадры. Он вывез людей и станки, развернул производство в тылу. Его «Вибратор» давал фронту приборы — глаза артиллерии, уши связистов. Без этих приборов победа далась бы ещё большей кровью.

Тридцать четыре года одного предприятия
В 1944-м завод вернулся в Ленинград, на пепелище. Могли начать с нуля, с бараков и руин. Дамский выстроил предприятие заново, и не просто восстановил, а превратил в флагман советского электроприборостроения. Тридцать четыре года он стоял у руля. Время, когда другие директора менялись как перчатки, он оставался — спокойный, жёсткий, въедливый. Завод «Вибратор» стал его судьбой. Выпускали всё: от авиационных приборов до бытовых вольтметров. Никто не мог упрекнуть директора в браке или халтуре.

Характер, отлитый из стали и порядка
Дамского не называли тираном, но называли хозяином. В эпоху, когда заводские директора часто были или партийными функционерами, или кабинетными хозяйственниками, он оставался инженером до мозга костей. Мог часами стоять у станка, разбираясь в тонкостях технологии. Мог выгнать бракодела в два счета. В личном общении был сдержан, почти сух. Он словно берег энергию не для улыбок, а для точных решений. Его уважали — не любили, но уважали беспрекословно.

Память, которая не стёрта
Когда в 1975-м он оставил директорское кресло, на «Вибраторе» его помнили десятилетиями. Он ушёл из жизни в 1983-м, оставив после себя не мемуары, а работающие заводские корпуса и приборы, летавшие в космос и служившие в авиации. Могло случиться, что его имя затеряется между страниц заводских ведомостей. Но не затерялось. Для тех, кто знает историю ленинградской промышленности, Дамский — это не должность, это эпоха. Эпоха инженеров, которые не эмигрировали, а строили.

Память, которая не ржавеет.
Спасибо за завод, который не остановился.