2 мая 1897 - 9 ноября 1971
Раиса Моисеевна Азарх
1897 — 1971
Её жизнь не была линией, ведущей из точки А в точку Б. Это был стремительный, неудержимый поток, вобравший в себя всю бурную историю первой половины двадцатого века. Он не выбирал направление, а лишь следовал за главным течением эпохи — революцией, войной, надеждой. Имя Раисы Азарх — это не просто имя человека, а имя самой этой стихии, воплощённой в хрупкой, но несгибаемой женщине с перевязочной сумкой и партбилетом.
Родившись в еврейской семье в Белоруссии, она с юности оказалась вовлечена в подпольные кружки. Её поток начался не с тихого родника, а с бурного студенческого ручья, слившегося с мощной рекой социал-демократических идей. Уже тогда, в юности, определилось её главное русло: служение. Но не абстрактное, а конкретное, с винтовкой в руках и знанием медицины, которое она поспешно, на ходу, приобретала.
Октябрь 1917-го подхватил её и понёс с невероятной скоростью. Член партии с первого года, она оказалась в самом эпицентре Гражданской войны — комиссар, боец, медсестра. Поток был кровавым и беспощадным. Затем — относительная заводь мирного строительства, работа в органах здравоохранения, но внутреннее движение не прекращалось. И когда в 1936 году потребовались добровольцы для Испании, её поток снова устремился навстречу опасности, теперь уже за тысячи километров от дома.
Её главным делом, тем ложем, по которому катились её воды, была медицина. Но не кабинетная, а фронтовая, сиюминутная, под огнём. Во время Великой Отечественной она — начальник санитарной службы стрелковой дивизии, затем — армии. Её поток тек по дорогам войны, от Сталинграда до Праги, неся с собой не только помощь раненым, но и невероятную силу духа. А потом этот поток нашёл второе русло — литературное. Её мемуары и очерки — это не сухие хроники, а живая вода памяти, запечатлевшая лица, боль, courage и братство.
Она не была спокойной рекой. Её характер — это характер потока: целеустремлённый, напористый, способный сокрушать преграды. Партийная дисциплина и женская самоотверженность, железная воля и человеческое сострадание сплавились в ней воедино. Она не шла в обход, она проходила насквозь, оставляя за собой след деятельной, кипучей энергии.
После войны её поток, казалось, вошёл в спокойное русло литературной работы. Но и здесь он не иссяк. Книги «Сквозь годы огневые», «Дорогой борьбы» стали важными свидетельствами, живыми голосами из того огненного времени. Её наследие — это память, зафиксированная не казённым языком отчёта, а взволнованным, личным словом участницы. Это поток сознания целого поколения, для которого долг был превыше всего.