27 марта 1913 - 20 сентября 1944
Алексей Семёнович Юханов
1913 — 1944
Раннее утро 17 сентября 1944 года. Торфянистый берег реки Нарвы насквозь пропитан сыростью и запахом гари. Где-то далеко позади, за спинами солдат, глухо ворчит канонада, но здесь, на передовой, слышно другое: хриплый, прерывистый кашель мотора, лязг гусениц по камням. Лейтенант стоит у края понтона, сжимая влажную древесину перил. Его ладонь ледяная, но внутри — сухой, обжигающий жар. Вода под ногами чёрная и маслянистая, она тяжело вздыхает, ударяясь о борта. Он смотрит на тот берег, где в утренней дымке угадываются немецкие доты. Там — «нарвский выступ», бетон, сталь и смерть. Мост взорван. Путь один — по воде, под пулями.
Он родился в глухом углу Вологодчины, где дома пахли смолой, а зимы длились, кажется, по полгода. Деревня Оленино, потерянная среди лесов и болот, не знала городского шума. Мальчик, чьё детство пришлось на Гражданскую войну и голодные двадцатые, рано узнал цену куска хлеба. В школу бегал за несколько вёрст, учился жадно, словно впитывая каждую букву. В семнадцать лет уехал в Ленинград — огромный, грохочущий, гранитный. Поступил в автодорожный техникум, освоил ремесло, которое казалось мирным: строить мосты, прокладывать трассы. Никто тогда не знал, что эти навыки скоро потребуются не для созидания, а для войны.
Когда грянул сорок первый, он не колебался. Ушёл на фронт не мальчиком из-за парты, а зрелым мужчиной, прошедшим школу жизни. Воевал на Волховском фронте, где каждое наступление давалось ценою крови. К сорок четвёртому за плечами были ранения, госпитали и горький опыт отступлений. Его назначили командиром взвода в 593-й стрелковый полк. Под его началом — два десятка таких же, как он сам, парней из деревень и городов, уставших от окопов, но не потерявших веры. Лейтенант Юханов не был лихим кавалеристом из кинохроники. Он был кряжистым, спокойным человеком, который сначала слушал, а потом отдавал приказы.
17 сентября 1944 года. Форсирование реки Нарвы. Немцы закрепились на западном берегу, превратив каждый дом и каждый холм в огневую точку. Обычная переправа по наведённым мостам была невозможна — артиллерия противника смела бы их в первые же минуты. Тогда лейтенант Юханов сделал то, что диктовал ему не приказ, а интуиция солдата. Он не стал ждать сапёров. Со своим взводом, на подручных средствах — плотах из досок и пустых бочек — он начал переправу под шквальным огнём. Холодная вода Нарвы, смешанная с кровью, принимала их тела. Юханов первым ступил на вражеский берег. Он поднял взвод в атаку, ворвался в траншею, лично закидал гранатами дзот, мешавший продвижению. В том бою он подавил три пулемётные точки, уничтожил десяток гитлеровцев и обеспечил плацдарм для наступления полка. Но сам получил смертельное ранение. Он умер 20 сентября 1944 года, не дожив до Победы меньше года. Звание Героя Советского Союза ему присвоили посмертно — в марте 1945-го.
О нём не осталось мемуаров, написанных однополчанами. Только сухие строки наградного листа. Но в этих строках проступает характер: «…проявил исключительное мужество и отвагу». Он не был трибуном или стратегом. Он был тем, кто идёт первым, не оглядываясь. В нём не было театральности — была та самая, русская, тяжелая основательность, когда человек не говорит громких слов, а просто делает своё дело. Дело солдата: взять высоту, переправиться через реку, выжить и помочь выжить другим.
Его имя высечено на мемориале в городе Сланцы и на братской могиле в Эстонии. Но настоящая память — не в граните. Она в той самой чёрной воде реки Нарвы, которая до сих пор течёт через границы. В каждый тихий вечер, когда ветер стихает, можно услышать, как река шепчет: «Он был здесь. Он перешёл».