15 февраля 1917 - 23 января 2014
Дмитрий Сергеевич Езерский
1917 — 2014
В небе над землёйЕго жизнь была измерена не километрами, а часами налёта, не годами, а тысячами взлётов и посадок. Он водил по воздушным трассам огромные лайнеры, и пассажиры, доверявшие ему свои судьбы, вряд ли догадывались, что рука, уверенно лежащая на штурвале, помнит иной, куда более жёсткий ритм — гул атакующих «юнкерсов», разрывы зениток и холодную дрожь фюзеляжа перегруженного военного транспорта. За плечами капитана Езерского лежала война, а за ней — долгая и честная дорога мирного неба.
Корни у реки УводьОн появился на свет в февральскую стужу 1917 года, в простой крестьянской семье из-под Иваново. Деревня, река Уводь, бескрайние леса и поля — вот первый, навсегда врезавшийся в память пейзаж. Детство, пришедшееся на годы революции и гражданской смуты, не было лёгким. Оно учило не книжной, а самой что ни на есть житейской стойкости: помогать по хозяйству, понимать землю, ценить хлеб. Возможно, именно оттуда, из этого детского ощущения прочной связи с почвой, родилась мечта оторваться от неё, взмыть вверх. Мальчишка из деревни Буньково рвался к небу, и его путь лежал через фабрично-заводское училище, работу на текстильной фабрике «Красная Талка» и занятия в аэроклубе. Небо принимало только самых упорных.
Стальная птица и стальные нервыАвиационная школа, освоение грозных машин… Но настоящую закалку, переплавившую юношеский энтузиазм в стальную выдержку, принесла война. С 1942 года его жизнь стала жизнью военного лётчика. Он не был асом-истребителем, его удел был иным — тяжёлая, опасная, ежедневная работа. Лётчик 73-го гвардейского авиаполка дальнего действия, он водил свой бомбардировщик в глубокий тыл врага, к партизанам, на заброску десанта. Каждый вылет — игра со смертью в слепую, сквозь сплошную завесу зенитного огня и в любую погоду. Ночь, облачность, обледенение — не excuses, а обычные условия работы. Именно в этих полётах, где от точности расчёта и хладнокровия зависели десятки жизней, и выковался тот самый «почерк» Езерского — безупречный, надёжный, лишённый суеты.
Главная высота — ответственностьК концу войны на его счету было 234 боевых вылета. Цифра, за которой — тонны грузов для фронта, спасённые раненые, поддержанные в тылу врага бойцы. Звание Героя Советского Союза, полученное в июне 1945-го, стало высшей оценкой этого ратного труда. Но его главная битфа была впереди. После Победы он не расстался с авиацией, а переучился на гражданские лайнеры. Теперь его пассажирами были не десантники, а женщины, дети, учёные, рабочие. И чувство ответственности лишь усилилось. Капитан Езерский стал одним из тех, кто прокладывал новые воздушные трассы страны, кто своим мастерством делал небо ближе и безопаснее для миллионов. Его карьера в «Аэрофлоте» — это тридцать лет безаварийной работы, школа для молодых пилотов, титанический ежедневный труд.
Штиль душиТе, кто знал его, говорили не о геройской браваде, а о невероятном, почти крестьянском спокойствии и основательности. Он был человеком дела, а не слова. Суровый опыт войны не ожесточил его, а научил ценить хрупкость мирной жизни. В его характере уживались железная дисциплина пилота и какая-то внутренняя, тихая доброта. Он не любил вспоминать войну, предпочитая говорить о самолётах, о маршрутах, о том, как важно всё проверить и перепроверить.
Наследство облаковСегодня его имя можно найти на мемориальных досках и в списках героев. Но главный памятник ему — это само небо над нами, ставшее за годы его и его поколения работы обыденной, доступной дорогой. Он был частью того поколения, которое, пройдя через ад войны, сумело построить мир — в прямом смысле, подняв страну в воздух. Его жизнь — это история о том, как мальчик с берегов Уводи, мечтавший о полёте, не просто осуществил свою мечту, а посвятил её служению людям, сначала защищая их с оружием в руках, а потом соединяя города и судьбы мирными авиалиниями.
Его небо всегда чистое.
Спасибо за каждый спокойный рассвет.
