Варейкис Иосиф Михайлович

18 октября 1894 - 29 июля 1938

Иосиф Михайлович Варейкис
1894 — 1938

Тот самый выстрел, от которого пошла трещина по всей судьбе

Где-то в подвалах НКВД летом 1938 года, за несколько часов до собственного расстрела, он, должно быть, вспомнил тот день в 1917-м, когда впервые взял в руки револьвер. Не для самозащиты — для утверждения порядка железом. Этот выстрел не убил одного человека, он убил в самом Варейкисе всё человеческое, превратив литовского парня из бедной крестьянской семьи в безжалостный механизм системы, которая в итоге перемолола и его самого.

Глоток воздуха другой жизни

Он родился в октябре 1894 года в местечке Шадово Ковенской губернии, в семье, где тяжелый труд на земле был единственным известным сценарием. Юный Юозас (так его звали при рождении) рано хлебнул нужды и унижений. Деревенская школа, затем ремесленное училище — он вырывался из грязи и безнадеги, цепляясь за любую возможность подняться. В 1911 году его взяли учеником слесаря на завод. Сталь, масло, грохот станков — этот мир казался ему честнее и чище, чем вечная борьба за урожай. Но настоящую школу жизни он прошел не у станка, а в подпольных кружках, где слово "революция" пахло порохом и обещанием справедливости.

Путь через огонь и кровь

С 1913 года он уже член партии большевиков. Партия стала его новой семьей, новой верой. 1917 год расколол мир надвое, и Варейкис выбрал сторону красных без колебаний. Он воевал, командовал, поднимал восстания. В 1918-м он уже председатель Симбирского губисполкома — тот самый молодой человек с горящими глазами, который докладывал Ленину о положении дел в Поволжье. Но война Гражданская закончилась, и наступило время "мирного строительства". Вот тут-то и началась настоящая ломка. Для таких комиссаров, как Варейкис, мир оказался страшнее войны. Враг больше не носил погоны — он прятался за спинами крестьян, не желавших отдавать хлеб, и "вредителей"-специалистов.

Главное дело: построить ад во имя рая

Он стал профессиональным строителем нового мира. Донбасс, Царицын, Иваново-Вознесенск — везде, куда его бросала партия, он внедрял индустриализацию с топорной прямолинейностью. Он требовал, грозил, исключал из партии, сажал в тюрьмы. Но его звездный час настал в середине тридцатых. В 1935 году Варейкиса поставили во главе Восточно-Сибирского края. Здесь, вдалеке от Москвы, он развернулся в полную силу. "Вредители", "троцкисты", "националисты" — ярлыки летели легко, а приговоры выносились быстро. Он лично курировал "чистки" в партийных и хозяйственных органах, подписывал расстрельные списки пачками. В 1937-м его перевели в Саратов, где волна репрессий достигла апогея. Варейкис уничтожал людей с усердием новообращенного фанатика, искренне веря, что выметает сор из собственного дома.

Холодная голова в горячечном мире

Внешне он оставался спокойным, рассудительным, даже педантичным. Высокий, плотный, с тяжелым взглядом из-под очков. Никаких вспышек ярости — только документы, статистика, отчеты. Он не был садистом, он был функционером с идеей фикс. Варейкис искренне считал себя солдатом партии, который выполняет неприятную, но необходимую работу. Он даже не заметил, как оружие, которое он так долго сжимал в руках, оказалось направленным на него самого. Когда его арестовали в 1938-м, он, по свидетельствам, растерялся — он же всегда был верен, он же исполнял приказы. На его месте мог оказаться кто угодно — это была логика системы, которую он помогал строить кирпич за кирпичом.

Вечный сторож у врат, которые поглотили его самого

Его имя вычеркнули из истории, как вычеркивали имена тех, кого он отправил на расстрел. Только в позднесоветское время вспомнили, что был такой деятель, но память о нем осталась исключительно в контексте "культа личности" и "нарушений социалистической законности". Сегодня Иосиф Варейкис — одна из тысяч тёмных фигур на фоне великой трагедии. Он не был палачом-садистом, он был честным винтиком, который слишком хорошо делал свою работу.

Пусть земля, которую он так старательно очищал от "врагов", примет его без суда.