Турьев Степан Ильич

26 апреля 1901 - 1 декабря 1986

Степан Ильич Турьев
1901 — 1986

Поворот в сердце войны

Март 1942 года. Под Ржевом земля превратилась в месиво из грязи, снега и крови. Сорокалетний полковник, стоя на наблюдательном пункте, смотрит, как его люди поднимаются в атаку — не обученные, не обстрелянные, вчерашние заводские рабочие и колхозники. Он понимает: этот бой решит, станет ли он командиром, который ведет людей на смерть, или тем, кто учит их выживать. В тот день Степан Ильич Турьев сделал выбор, определивший всю его дальнейшую судьбу. Он бросился в окопы, лично перестраивая порядки, поднимая роты, меняя тактику на ходу. Мгновение, когда солдаты увидели своего полковника рядом с ними, под огнем, стало переломным — из кабинетного военачальника он превратился в полкового отца.

Сын земли и плуга

Родился он в крестьянской семье в апреле 1901 года, когда старая Россия еще дышала полной грудью. Детство пахло сеном, дегтем и потом. Степан рос в деревне, где каждый день начинался с работы, а заканчивался молитвой. Гражданская война застала его подростком, и он, как тысячи таких же мальчишек, рванул в Красную армию — не за идею, а за землю, за хлеб, за право не кланяться помещику. В восемнадцать лет он уже носил шинель, и военная косточка проросла в нем навсегда.

Дорога сквозь два десятилетия

Между гражданской и Великой Отечественной пролегли два мирных десятилетия, но для Турьева это была школа выживания. Он командовал взводом, ротой, учился сам и учил других. Армия стала его университетом: ночные марши, учения, карты, штабная работа. Он прошел через чистки и реформы, через голод и перестройку, карабкаясь по служебной лестнице без протекций, одной лишь выдержкой. К 1941 году подполковник Турьев уже знал: война неизбежна. Он готовил своих людей так, словно слышал гул немецких танков за горизонтом.

Командир дивизии, ковавшей победу

Самым звездным часом Турьева стало командование 234-й Ярославской коммунистической дивизией. Это было особое соединение: в него входили добровольцы — коммунисты, комсомольцы, лучшие из лучших. Степан Ильич принял дивизию в самый разгар войны и повел ее от Ярославля до Праги. Под его командованием дивизия получила два ордена — Суворова и Богдана Хмельницкого — и почетное наименование Ломоносовско-Пражской. Она прошла через Курскую дугу, форсировала Днепр, освобождала Польшу и взяла столицу Чехословакии. Турьев воевал не числом, а умением: он умел щадить людей, но не щадил себя.

Человек системы и совести

Характер Турьева был выкован из противоречий. Жесткий, требовательный, он мог довести подчиненного до белого каления, но при этом ни разу не позволил себе спрятаться за спины солдат. В быту — аскет, на службе — перфекционист. Он не терпел показухи, ненавидел рапорты победителей, которые не понюхали пороха. Солдаты его уважали за то, что он никогда не отправлял их туда, куда не пошел бы сам. Это был командир старой закалки: без пафоса, с огромной внутренней силой и ледяным спокойствием.

Память, оставшаяся в граните

Степан Ильич ушел 1 декабря 1986 года, но оставил после себя не просто послужной список. Он оставил дивизию, которая стала легендой, и солдат, которые вспоминали его, как отца родного. Его имя высечено на памятниках в Ярославле, и каждый год ветераны приносят цветы к тем местам, где когда-то под его командованием решалась судьба страны. Он прожил долгую жизнь, но главное в ней уместилось в четыре военных года, когда из простого полковника он стал человеком, изменившим ход истории на своем участке фронта.

Он стоял там, где падали другие — и не согнулся.
Спасибо ему за ту весну, которую мы не застали, но дышим ею.