Туфтов Иван Никитович

24 декабря 1912 - 21 июля 1974

Иван Никитович Туфтов
1912 — 1974

То, что не стерло время
В сухом языке военных донесений он остался строкой: «старший сержант Туфтов огнем из ручного пулемета уничтожил до взвода пехоты противника и подавил три огневые точки». Но за этими цифрами — не просто статистика боя. После него остались бетонные опоры мостов, которые он наводил через Днепр, Неман и Вислу, остались имена спасенных товарищей, которые он вытащил из-под обстрела. Осталась сама возможность движения — той самой жизни, что продолжилась там, где его пулемет проложил дорогу. Когда в 1944 году ему вручали Золотую Звезду, он, наверное, еще не знал, что эта награда тяжелее любого груза — она обязывает жить так, чтобы за спиной не стыдно было тем, кто уже не встанет.

Дорога из глины и пота
Корни его судьбы уходят в тамбовскую землю, в крестьянскую семью, где каждый день начинался до света. Иван Туфтов с детства знал, что такое тяжесть: не весенняя пахота, а зимняя дорога, когда сани вязнут в сугробах, и каждая минута на морозе — испытание на прочность. В тридцать седьмом, когда страну лихорадило, его призвали в армию. Тогда еще никто не знал, что через четыре года грянет такое, что та зима покажется легкой прогулкой. Он служил на Дальнем Востоке, охранял границу от японских провокаций, учился стрелять из пулемета с закрытыми глазами — это умение потом спасет ему жизнь.

Механик войны
На фронт он попал не в первые часы войны, а в сорок третьем, когда исход уже решался в окопах под Курском и на плацдармах Днепра. Туфтов был не просто пулеметчиком — он был понтонером 1-й гвардейской понтонно-мостовой бригады. Мосты, паромы, переправы — вот его стихия. Под непрерывным огнем, в ледяной воде, когда каждая секунда могла стать последней, он наводил переправы, по которым шли танки и пехота. 27 сентября 1943 года его рота форсировала Днепр у деревни Нивки. Туфтов первым выбрался на берег и открыл огонь, прикрывая товарищей. Он держал берег до подхода основных сил, отразив несколько контратак — и это было не геройство, а работа, которую нужно было сделать.

Характер, закаленный в огне
О нем говорили: «спокойный, как гранит». В бою Туфтов не кричал и не метался — он стрелял расчетливо, экономя патроны и дыхание. Он умел ждать — часами лежать в мокрой траве, не шевелясь, пока враг не подставится под прицел. Но за этой внешней невозмутимостью скрывалась невероятная внутренняя сила. Он никогда не оставлял раненых, тащил их на себе, рискуя попасть под огонь. После войны, когда многие герои оседали в городах, он вернулся в родное село Моисеево-Алабушка. Работал в колхозе, поднимал хозяйство, строил дома — и молчал о войне. Только внукам иногда показывал Звезду, говоря: «Это не мне — это всем, кто не вернулся».

Память, которая не ржавеет
Он ушел в 1974 году, оставив после себя не мемуары, а живую память. В его родном селе стоит обелиск с именем Героя, а на здании школы — мемориальная доска. Каждый год 9 Мая к ней приносят цветы — не потому, что так надо, а потому что есть что-то в этой фамилии, что заставляет остановиться и подумать: а смог бы я так? Туфтов не учил потомков жить — он просто жил так, что его жизнь стала уроком. Уроком стойкости, верности и тихого мужества, которое не ищет славы, но само находит тех, кто его помнит.

Мы помним тебя, Иван Никитович — человек, который наводил мосты между жизнью и смертью.
Спасибо за каждую переправу, за каждый метр земли, отвоеванный твоим пулеметом.