18 декабря 1926 - 15 февраля 2012
Евгений Иванович Ташков
1926 — 2012
**Поворотный кадр**Всё могло сложиться иначе, если бы не тот случайный, казалось бы, эпизод в студийном коридоре. Молодой актёр, уже успевший сыграть несколько заметных ролей, но чувствующий творческую неудовлетворённость, столкнулся с режиссёром, который в сердцах бросил: «Хочешь, чтобы было по-твоему, — сам садись в режиссёрское кресло». Эта фраза, оброненная в пылу спора о трактовке образа, стала не оскорблением, а вызовом. Она зажгла внутри тлеющую искру, заставив Ташкова сделать шаг, который перечеркнул его актёрскую судьбу, чтобы создать новую — судьбу режиссёра-сказочника для миллионов.
**Истоки за Уралом**Он пришёл в мир в сибирском городе Ачинске, где суровость климата компенсировалась теплотой человеческих отношений и богатством народных сказаний. Детство, опалённое войной, рано сделало его взрослым. Работа на заводе, тяжёлый труд — эта школа жизни закалила характер, но не убила мечту. Она привела его сначала во ВГИК, на актёрский факультет, в мастерскую легендарных педагогов. Экран полюбил его открытое, мужественное лицо, но душа просила большего, чем просто воплощать чужие замыслы.
**Между камерой и режиссёрским стулом**Его путь в кино начался с актёрства. Он был обаятельным и естественным на экране, его герои в фильмах «Дело было в Пенькове», «Коммунист» запоминались зрителям. Но с каждым новым образом росло понимание: его стихия — не отдельная роль, а целый мир картины. Он жадно учился, наблюдая за работой мэтров на площадке, и писал сценарии, вынашивая свои истории. Тот самый вызов в коридоре стал последней каплей. Он взял в руки не только сценарий, но и всю ответственность за будущий фильм.
**Создатель вселенной детства**И тогда родился режиссёр Ташков — тот, кого полюбит вся страна. Его главным делом стало кино для детей и о детях, но без тени сюсюканья. Он творил волшебство, которое было честным и душевным. «Адъютант его превосходительства» — остросюжетная драма, ставшая народным хитом, показала его мастерство в работе со взрослым материалом. Но истинным памятником ему останутся «Уроки французского», пронзительная история доброты, и сказки. «Морозко», «Ох уж эта Настя!» — эти фильмы стали частью культурного кода поколений, где добро побеждало не по шаблону, а по велению сердца. Государственная премия имени братьев Васильевых стала закономерным признанием его вклада.
**Характер: сибиряк с камерой**В нём уживались сибирская основательность и почти детская вера в чудо. На площадке он был не диктатором, а мудрым рассказчиком, умеющим создать атмосферу доверия, в которой актёры, особенно юные, раскрывались полностью. Его упрямство было творческим — он боролся за каждую деталь, за правду чувства, будь то военная драма или сказочный сюжет. Эта внутренняя цельность и была его главным режиссёрским инструментом.
**Наследие доброй сказки**Сегодня его фильмы — не архивная пыль, а живое наследие. Их показывают по телевидению, их цитируют, в них воспитывают новых зрителей. Он не гнался за авангардом, он создавал вневременное кино о простых и вечных ценностях: смелости, сострадании, справедливости. Звание народного артиста России он получил уже в новую эпоху, но его искусство давно стало поистине народным, преодолев все границы и смены эпох.
Его сказки остаются тёплым светом в кинозале вселенной.
Благодарим за уроки человечности, преподанные без скуки, но с большой любовью.
