Сухоцкий Валерий Владимирович

19 февраля 1935 - 4 сентября 2020

Валерий Владимирович Сухоцкий
1935 — 2020

Человек, который строил страну
Он не был архитектором, рисующим изящные фасады, и не был тем чиновником, чьё имя мелькает в газетных заголовках. Его стихией была сама материя города — бетон, сталь, крановая стрела, поднимающая этаж за этажом. Если бы вы прошлись по спальным районам Москвы конца прошлого века, вы наверняка ступали бы по асфальту, уложенному по его разнарядке, или смотрели в окна домов, чьи панели состыковались благодаря его распоряжениям. Его работа была невидимым каркасом, на котором держалась повседневная жизнь миллионов.

Война и мирное небо
Его детство пришлось на ту хрупкую пору, когда мир уже трещал по швам. Он был шестилетним мальчишкой, когда началась война. Не знаю, какие именно картины врезались ему в память — эвакуация, затемнённые окна, ожидание писем. Но точно знаю одно: поколение, пережившее это, навсегда усвоило цену прочного тыла, надёжного дома, крепких стен. Возможно, именно отсюда, из этого детского ощущения незащищённости, и выросло позднее его титаническое, почти одержимое стремление строить. Строить быстро, много и на совесть.

От прораба до хозяина стройки
Путь его был классическим для той эпохи самоучек-практиков. Он пришёл на стройку не с дипломом престижного института, а с живым опытом. Я видел, как он обходил объекты: неспешно, внимательно, пальцами проводил по шву панели, прислушивался к гулу бетономешалки, мог сделать замечание прорабу так, что тот не обижался, а кивал, понимая справедливость. Он рос вместе со страной, от мастера до начальника участка, от руководителя треста до главы мощнейшего «Главмосстроя». Это было не карьерное восхождение, а естественное врастание в дело всей жизни.

Главный монтажник столицы
Его главным делом, его истинным призванием стало индустриальное домостроение. В те годы Москва росла не вширь, а вверх и с невероятной скоростью. Нужно было решить квартирный вопрос для тысяч семей, и он решал его. Под его руководством возникали целые микрорайоны — Чертаново, Орехово-Борисово, Ясенево. Это сейчас мы смотрим на эти панельные громады с некоторым снобизмом, а тогда для людей, получавших ключи от отдельной квартиры, это было чудом. Он организовывал этот конвейер чуда: от завода ЖБИ до сдачи дома под ключ. Государственная премия 1993 года стала закономерным признанием этого титанического труда, который изменил облик целой столицы.

Характер из стали и бетона
Внешне он мог показаться суровым, даже суховатым — сказывалась профессия, где нет места сантиментам. Но это была лишь защитная оболочка. Настоящий строитель, а он был именно таким, всегда чувствует не только материал, но и людей. Он умел слушать, умел брать ответственность, и подчинённые шли за ним не из-страха, а из уважения. Он ненавидел показуху и пустые отчёты, его стихией были реальные метры жилья, сданные в срок. Его уважали даже конкуренты, потому что знали — слово Сухоцкого крепче любого договора.

Наследие в горизонте
Сегодня, глядя на панораму Москвы, мы редко вспоминаем имена тех, кто создавал её привычный, повседневный силуэт. Его наследие — это не один дворец или мост, а сам воздух города, в котором живут люди. Целые районы, где выросли поколения москвичей, школы, поликлиники, детские сады — всё это стоит на фундаменте его организаторского гения. Заслуженный строитель РСФСР — звание, которое он носил не как орден, а как точное определение сути своей жизни.

Его памятники — это кварталы, где по утрам зажигаются окна.
Спасибо за каждый дом, за каждый прочный и надёжный угол.