Смирнов Алексей Макарович

28 февраля 1920 - 7 мая 1979

Алексей Макарович Смирнов
1920 — 1979

Голос из-за кулис
Он никогда не был главным героем. Режиссёры доверяли ему вторые планы, эпизоды, шутки, которые запоминались зрителям больше, чем главные монологи. Коллеги по Ленинградскому театру комедии вспоминали: в гримёрку к нему всегда тянулись те, кто не находил утешения в официальных похвалах. Он умел слушать — и в этом слушании рождалась та самая искренность, которую потом так точно ловила камера.

Учитель в шинели
Не каждый знал, что его первым наставником в актёрстве стал не профессор, а война. Разведчик, прошедший от Украины до Польши, награждённый двумя орденами Славы, — он вернулся в Ленинград с контузией и даром рассказывать о трагическом так, что людям становилось смешно. Его учитель по театральной студии Дворца пионеров, режиссёр Ефим Альтус, однажды сказал: «Смирнов играет на сцене так, будто всё ещё прячется в окопе. Это и есть его правда».

Соперник и друг
На съёмках «Весёлых историй» его соперником по комическому амплуа стал Михаил Пуговкин. Казалось бы, два гиганта эпизода должны были делить экранное время. Но Пуговкин вспоминал: «Мы не конкурировали — мы дополняли друг друга. Алёша умел быть смешным без унижения, а я — без жестокости». Их дуэт в фильме «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён» стал уроком того, как из эпизодической роли рождается бессмертие.

Любовь и тишина
О нём не писали романов с кинодивами. Его любовь звали Надежда — она работала администратором в театре. Друзья говорили: «Они не целовались прилюдно, но он приносил ей в гримёрку горячий чай в термосе, даже когда она этого не просила». После его смерти Надежда не давала интервью. Она сказала только раз: «Он был самым застенчивым из всех, кого я знала. И самым храбрым».

Предательство поневоле
Его предал не человек, а время. В конце 1970-х режиссёры перестали звать его — телевидение требовало «новых лиц». Он озвучивал мультфильмы, играл в радиоспектаклях, но главные роли уходили к другим. Один из сценаристов, Виктор Мережко, позже признался: «Мы знали, что он болен, что ему нужны деньги. Но мы снимали моду, а не актёров. Смирнов остался за кадром — буквально и метафорически».

Ученик, который стал голосом
Его учеником заочно стал Леонид Филатов. В юности Филатов пересматривал фильмы со Смирновым десятки раз, а позже признавался: «Я научился у него не бояться быть смешным. Он показал, что комик может нести в себе столько боли, сколько не снилось трагикам». В 1979 году, когда Смирнов ушёл, Филатов написал о нём стихотворение, в котором были строки: «Ты смеялся так, что замирали стены, / Только я не знал, что ты кричишь».

Он ушёл в мае, когда ленинградские тополя пушили белым по улицам. На панихиду пришли не режиссёры и не чиновники — пришли зрители, которые помнили его «Бывалого», его «Туриста», его человека, который, кажется, вот-вот выйдет на экран и скажет что-то смешное и очень важное.

Спасибо за то, что в эпохе героев ты остался голосом тех, кто не умел быть громким.