Симонов Илья Николаевич

24 июня 1923 - 14 сентября 2009

Илья Николаевич Симонов
1923 — 2009

Тренер, который мог стать кем угодно

Мир устроен так, что на одних и тех же перекрестках истории люди расходятся в разные стороны. Родись Илья Симонов на десять лет раньше — и его имя кануло бы в безвестности гражданской войны. На десять лет позже — и он стал бы частью другого поколения, не знавшего окопов Сталинграда. Но судьба распорядилась иначе: в его биографии сошлись две линии — фронтовая и спортивная, и каждая могла оборваться, не начавшись. Вместо этого он выстроил мост между ними, превратив военную выправку в тренерскую дисциплину, а хаос послевоенных лет — в стройную систему городского спорта.

Другая семья, другая страна

Он появился на свет в двадцать третьем году, когда страна только начинала зализывать раны Гражданской войны. Детство его прошло в атмосфере, где слово «спорт» звучало скорее как эксперимент, чем как традиция. В иной семье, с иным достатком, мальчика могли бы отдать в балет или в музыку. Но время требовало других навыков: крепости рук, остроты взгляда, умения работать в команде. Илья выбрал волейбол — игру, где каждый удар зависит от партнера, где одиночество невозможно. Именно это братство, выкованное на площадке, позже спасет ему жизнь на войне.

Дорога, которая вела не туда, куда планировали

Когда грянула Великая Отечественная, ему было восемнадцать. Вместо того чтобы продолжать тренировки, он взял в руки винтовку. Война могла сделать из него кадрового военного — тысячи его сверстников остались в земле или вернулись инвалидами. Но Симонов вернулся целым, и это само по себе чудо. Однако главное чудо было впереди: он не ожесточился, не ушел в глухую оборону. Напротив, демобилизовавшись, он пришел в спортзал. Не как игрок — как организатор. Вместо того чтобы сломать систему, он начал ее строить.

Главное дело: Нижний Тагил как спортивная крепость

Симонов возглавил городской комитет по физкультуре и спорту в Нижнем Тагиле — городе, который после войны был скорее промышленным сердцем, чем спортивной ареной. Он мог бы, как многие, просто администрировать бумаги. Но он пошел другим путем: лично тренировал, судил, воспитывал. Его волейбольные команды гремели на весь Урал. Судья республиканской категории — это не просто звание, это знак того, что его слово на площадке было законом для мастеров из Москвы и Ленинграда.

Он не гнался за громкими титулами для себя. Его наградой стало то, что в Нижнем Тагиле появилась своя волейбольная школа, своя порода игроков. Мог бы уехать в столицу — его бы взяли, с таким-то опытом. Но он остался. В маленьком городе, где каждый выигранный матч — это событие, а проигрыш — личная трагедия. Он научил тагильчан болеть за своих.

Характер: железо под мягкой оболочкой

Те, кто знал Симонова, вспоминают его внешнюю сдержанность и внутреннюю страсть. Он не был крикливым тренером. Его метод — это тишина перед решающим ударом. Он верил, что волейбол воспитывает характер не меньше, чем армия. И эта вера передавалась игрокам. В другой жизни он мог бы стать инженером или партийным работником — у него был талант к систематизации и порядку. Но он выбрал площадку, где результат виден сразу: мяч либо падает на твою сторону, либо нет. Предельная честность профессии.

Наследие, которое не стерлось

В 1995 году, уже в новой России, ему присвоили звание Почетного гражданина Нижнего Тагила. Это была не формальность. Это было признание того, что он в одиночку выстроил спортивную вертикаль города. Умер он в 2009-м, когда волейбол уже стал другим — коммерческим, скоростным, телевизионным. Но в Нижнем Тагиле до сих пор помнят его принцип: «Игра начинается не с подачи, а с уважения к сопернику». Он мог бы уйти в тень, но остался навсегда.

Память о том, кто не дал игре уйти в песок.
Спасибо за то, что в мире, где всё решали пушки, ты научил нас играть в мяч.