Шлемов Анатолий Фёдорович

14 октября 1949 - 16 мая 2018

Шлемов Анатолий Фёдорович
1949 — 2018

Тень стального киля
Он ушёл, оставив после себя не столько личные вещи или дневники, сколько сам облик российского флота начала XXI века. След его мысли, его расчётов и его непреклонной воли отлит в сталь атомных подводных крейсеров, в контуры новейших корветов и фрегатов. Его наследие — это не только звание вице-адмирала или лауреата премии Правительства, но и сложнейшая архитектура оборонного заказа, которую он выстраивал годами, будучи связующим звеном между флотом, жаждущим мощи, и судостроительной промышленностью, способной эту мощь создать. Память о нём живёт в ритме работы верфей и в уверенности моряков, выходящих в океан на кораблях, чьё рождение он курировал.

Истоки у моря
Всё началось у воды, но не у океанской, а у речной — в городе Горьком. Детство послевоенного мальчишки, родившегося в 1949 году, было пропитано не романтикой дальних походов, а суровой реальностью восстановления страны. Возможно, именно эта атмосфера созидания, труда и дисциплины заложила в нём тот фундаментальный практицизм, который позже стал его главным оружием. Море пришло позже, как осознанный выбор, как вызов. И этим вызовом стала не палуба, а чертёжная доска, не штурвал, а сложнейшие инженерные расчёты.

Путь конструктора
Он пришёл на флот не через палубные вахты, а через Высшее военно-морское инженерное училище имени Ф. Э. Дзержинского — кузницу корабельных инженерных умов. Его карьера — это медленное, неуклонное восхождение по служебной лестнице, где каждая ступенька означала всё большую ответственность за материальную часть флота. От инженера-кораблестроителя на конкретном предприятии до ключевых постов в центральном аппарате ВМФ — его путь был лишён головокружительных взлётов, но отмечен глубочайшим погружением в суть дела. Он изучал флот изнутри, с точки зрения его стальных нервов и мускулов.

Архитектор морской мощи
Главным делом его жизни стало управление кораблестроением. В должности начальника Управления кораблестроения ВМФ, а затем заместителя начальника кораблестроения, вооружения и эксплуатации, он превратился в главного «заказчика» флота. Его голос был решающим при обсуждении тактико-технических заданий, его подпись — необходимой для запуска проекта в металл. В сложные 90-е и в период возрождения он нёс на своих плечах груз ответственности за техническое перевооружение флота. А переход на гражданскую службу, на пост директора департамента гособоронзаказа в Объединённой судостроительной корпорации, стал логичным продолжением миссии: теперь он обеспечивал выполнение этих заказов промышленностью, будучи мостом между двумя гигантскими системами.

Характер из легированной стали
О нём говорили как о человеке исключительной компетентности, жёстком переговорщике и принципиальном профессионале. Его стиль — это стиль инженера: точный, требовательный, лишённый пафоса. Он не искал славы, предпочитая оставаться в тени создаваемых им кораблей. Его авторитет был основан не на громких званиях, а на глубочайшем знании предмета и неподкупной честности перед делом. Это был стратег, мысливший категориями десятилетий, и тактик, досконально знавший каждую заклёпку.

Память в ватерлинии
Сегодня его имя известно в узких, но чрезвычайно важных кругах: среди адмиралов, главных конструкторов, директоров верфей. Он не стал публичным героем, но без его титанической работы на «невидимом фронте» кораблестроения не было бы многих современных достижений ВМФ России. Его наследие — это отлаженные механизмы, стандарты, школы мышления. Это флот, способный защищать интересы страны.

Его жизнь — это чертёж, воплощённый в боевых кораблях, бороздящих моря.
Благодарность тебе, архитектор морской державы, чьё дело продолжает служить Отчизне.