11 декабря 1910 - 6 апреля 1990
Евгений Яковлевич Савицкий
1910 — 1990
**Свист ветра в расчалках**Ветер гудел в расчалках биплана, пахнувшего бензином, маслом и нагретой на солнце крашеной тканью. Это был не рев мотора, а предшествующая ему тишина, полная ожидания. Молодой пилот, прищурившись от яркого света, проверял тросы, его пальцы скользили по прочному полотну, ощущая каждую нить. В следующее мгновение эта хрупкая на вид конструкция из дерева и ткани должна была оторваться от земли, подчинившись его воле. Это был 1929 год, аэродром под Батайском, и каждый такой полет был не просто учебным заданием, а шагом в небо, которое станет его стихией, его полем боя и его судьбой.
**Крылья над Кубанью**Он пришел в авиацию не из романтических грез, а из твердого, почти физического стремления вверх. Сын железнодорожника с Кубани, он с юности тянулся к технике, к скорости, к преодолению. Окончив школу и рабфак, он сознательно выбрал путь военного летчика. Батайская авиационная школа стала его альма-матер, где из вчерашнего рабочего парня ковали стального аса. Здесь он впервые почувствовал не просто управление машиной, а слияние с ней, когда ручка управления становится продолжением мысли, а горизонт — единственной реальностью.
**Испытание огнем**Когда грянула война, его мастерство оказалось востребовано в самой страшной мере. Он встретил ее командиром полка, а закончил — командиром истребительного корпуса. Его «ястребки» сражались в небе Москвы, над Кубанью, в битве за Кавказ, освобождали Крым и дошли до Берлина. Он не был кабинетным стратегом; маршальские звезды в будущем не оторвали его от кабины истребителя. Он лично водил в бой полки, делил с подчиненными все тяготы и риск. Дважды за войну его представляли к званию Героя Советского Союза — и оба раза награда находила героя, отмечая не только личные 22 сбитых вражеских самолета, но и талант командира, воспитавшего целую плеяду отважных летчиков.
**Небо как призвание**После Победы его небо не сузилось. Напротив, оно стало выше и быстрее. В эпоху реактивной авиации он был среди тех, кто осваивал новые, немыслимые скорости, испытывал машины на пределе возможностей. Он командовал авиацией ПВО страны, отвечая за неприкосновенность воздушных рубежей огромной державы. В 1961 году ему было присвоено высшее звание — маршал авиации. А в 1978 году он стал лауреатом Ленинской премии за работу в области военной науки и техники, доказав, что боевой летчик может быть и глубоким теоретиком, смотрящим на десятилетия вперед.
**Строгость и ответственность**Он был человеком железной дисциплины и безграничной ответственности. Его уважали и побаивались. В его характере сочетались кубанская прямота, фронтовая решительность и интеллектуальная глубина инженера. Он не терпел разгильдяйства, ибо знал, что в небе оно стоит жизней. Но для тех, кто горел небом так же, как он, всегда находил и время, и слово поддержки. Заслуженный военный летчик СССР — это звание было для него не просто почетным титулом, а сутью прожитой жизни.
**След в истории и в облаках**Его наследие — это не только боевые награды и маршальские погоны. Это созданная им школа воздушных бойцов, это развитие истребительной авиации ПВО, это десятки учеников, продолживших его дело. Его имя носят улицы, школы и пионерские дружины. Но главный памятник ему — это чистое небо, которое он защищал сначала с пулеметом «ястребка», а потом — руководя целыми воздушными армиями.
Его жизнь была долгим, стремительным и безупречным полетом.
Благодарность человеку, для которого небо стало домом, долгом и вечным призванием.
