Пименов Иван Иванович

25 января 1917 - 27 декабря 1944

Иван Иванович Пименов
1917 — 1944

Звук первого снега

Ночное небо над Восточной Пруссией взрывается не от снарядов — от тишины. Декабрь 1944 года, ледяной ветер сдувает снежную крупу с брошенного хутора. Майор Пименов стоит у разбитого окна, слышит, как где-то в темноте, за линией фронта, хрустит наст под сапогами немецкого патруля. Он курит, прикрывая огонек цигарки шинелью, и думает о доме, о Волге, о том, что зима здесь пахнет иначе — чужой золой и мокрым известняком. Через три дня его не станет.

У истоков

Детство его было из той породы, которую не расскажешь — только прочувствуешь наощупь. Родился в крестьянской семье в Саратовской губернии, на берегах Волги, где вода весной разливалась так широко, что горизонт исчезал. Мальчишка, выросший среди запаха сена и холодной речной тины, он рано узнал, что такое работа: косил, пахал, зимой ходил за дровами в лес, где ветки трещали от мороза, как кости. Школа в соседнем селе, учительница с добрыми, но требовательными глазами, первая любовь к книге — «Чапаев» Фурманова, зачитанный до дыр. В семнадцать лет уехал в Саратов, поступил в педагогический техникум — хотел учить детей, но судьба уже готовила ему другую кафедру.

Путь сквозь огонь

Когда грянула война, Пименов служил в погранвойсках на западной границе. Первые дни войны — хаос, отступление, кровь. Он не сломался. В 1942-м — курсы «Выстрел», затем — командир стрелкового батальона. Воевал на Юго-Западном, потом на 3-м Белорусском фронте. Под ним горели танки, он выводил людей из окружения, сам тащил раненых на плащ-палатке по грязи и по снегу. Его батальон брал Витебск, форсировал Березину, освобождал Минск. К концу 1944-го майор Пименов — уже не просто офицер, а легенда полка: суховатый, скуластый, с вечно прищуренными глазами, которые видели больше смерти, чем любой доктор.

Подвиг у Восточной Пруссии

Главное дело его жизни уместилось в несколько часов. Декабрь 1944-го, прорыв к границам Восточной Пруссии. Батальон Пименова получил приказ взять опорный пункт у деревни Шталлупёнен. Немцы засели в каменных домах, били из пулеметов, простреливали каждый метр. Майор поднял бойцов в атаку первым — не криком, а собственным примером. Он ворвался во вражескую траншею, лично уничтожил расчет станкового пулемета, захватил двух «языков». Но главное: когда его рота залегла под шквальным огнем, он, раненный в плечо, пополз к дзоту, забросал его гранатами, подорвал амбразуру — и погиб сам, накрыв собой мину, которую не успел отбросить. Его тело нашли через сутки: он лежал лицом к врагу, сжимая в руке окровавленный автомат.

Характер из кремня

Он был из тех командиров, которых солдаты называли «батей» не за слащавость, а за жесткую справедливость. Никогда не повышал голоса — говорил тихо, но каждое слово врезалось в память. Перед боем обходил окопы, проверял, накормлены ли, сухие ли портянки. Курил махорку, не пил. В письмах домой — только общие фразы: «жив, здоров, бей фрицев». Личного в них — почти ничего, только однажды, за месяц до гибели, написал сестре: «Скучаю по Волге. У нас здесь всё не так пахнет — ни сеном, ни водой».

Память без срока

Указ о присвоении звания Героя Советского Союза вышел 24 марта 1945 года — посмертно. Его имя выбито на обелисках в Калининградской области, в родном селе стоит памятник, школа носит его имя. Но главное — не в граните. В архивах хранится короткое донесение: «Майор Пименов И.И. погиб смертью храбрых, выполнив задачу». Эти слова — как снег, который помнит его шаги.

Спи спокойно, майор. Ты не пропустил врага дальше своего последнего рубежа.
Спасибо за тишину, в которой мы теперь живем.