Овсянкин Пётр Максимович

29 июня 1925 - 15 апреля 2015

Пётр Максимович Овсянкин
1925 — 2015

Парень, который не хотел умирать
Он не был рождён героем. Пётр Овсянкин — обычный мальчишка из русской глубинки, которому выпало жить в самое страшное время. На фронт он попал не по призванию, не из романтики. Просто Родина сказала «надо», и он, как миллионы других, взял в руки оружие. Но внутри всегда теплился страх — не столько за себя, сколько за то, что не успеет, что хрупкая жизнь прервётся раньше, чем он увидит Победу.

Детство на грани войны
Он родился в крестьянской семье, где слово «труд» было синонимом слова «жизнь». С ранних лет Пётр познал, что такое голод и усталость. В школе учился без особого рвения — больше тянуло к земле, к лошадям, к простой и понятной работе. Мать часто бранила его за непослушание, а отец, вернувшийся с Первой мировой инвалидом, учил главному: не сдаваться. Эти уроки оказались важнее всех школьных премудростей. Когда грянула война, Овсянкину едва исполнилось шестнадцать. Он рвался на фронт, но его не брали — молод. И он ждал. Ждал с тем особенным нетерпением, которое потом назовут патриотизмом, хотя на самом деле это было просто желание быть со своими.

Дорога к огню
В армию его призвали только в 1944 году. Попал он не в прославленную пехоту и не в танкисты, а в огнемётный батальон. Работа, от которой у нормального человека стынет кровь — идти вперёд с ранцевым огнемётом, зная, что враг будет целиться именно в тебя. Пётр стал командиром отделения. Говорят, в бою он был жесток и решителен, но те, кто знал его близко, помнят другое: перед каждой атакой он несколько минут стоял молча, закрыв глаза, и шептал молитву. Он боялся. Он всегда боялся. Просто умел перешагивать через этот страх.

Три ордена для одного солдата
Он прошёл Польшу, форсировал Одер. Первую Славу, третьей степени, получил за то, что в рукопашной уничтожил расчёт вражеского пулемёта. Вторую — за то, что, будучи раненым, не оставил позицию и вытащил из боя троих товарищей. Но самый памятный бой случился в феврале 1945 года. Их батальон попал в окружение. Патроны кончались, связь оборвалась. Многие дрогнули. Овсянкин взял командование на себя, хотя никакого приказа не было. Он просто не мог смотреть, как гибнут мальчишки. С горсткой бойцов он прорвал кольцо, уничтожил два дзота и лично пленил офицера. За этот бой он получил Славу первой степени и стал полным кавалером. Но сам он всю жизнь называл это не подвигом, а «отчаянной глупостью от безысходности».

Солдат без пьедестала
После войны Пётр Максимович не стал маршалом и не пошёл в политику. Вернулся в родное село, женился, работал в колхозе — сначала полеводом, потом завхозом. Пил горькую, ссорился с женой, ругал советскую власть за несправедливость. Его награды пылились в шкатулке, и он не любил их доставать. Лишь изредка, на 9 Мая, надевал китель — и то если настаивали внуки. Он говорил: «Я не герой. Герои — те, кто остался в земле. Я просто везучий дурак, который однажды не струсил».

Урок молчания
Он ушёл в 2015-м, тихо, во сне. На похоронах было много людей, но никто не говорил громких речей. Стояли и молчали. Потому что словами не передать то, что носил в себе этот сутулый старик с орденами. Он научил односельчан главному: настоящая храбрость — это когда страшно до дрожи, но ты всё равно идёшь вперёд. И не ждёшь, что тебя за это поставят на пьедестал.

Ты не просил славы. Ты просто жил так, как велела совесть.
Спасибо за то, что остался человеком среди огня.