Орликовский Александр Александрович

12 июня 1938 - 1 мая 2016

Александр Александрович Орликовский
1938 — 2016

Последний эксперимент
Он ушёл в Первомай, день, который в его юности был наполнен парадами и гимнами прогрессу. Не в лаборатории, не за чертежами нового ускорителя, а дома, завершив очередной рабочий день, который, как и сотни предыдущих, был посвящён невидимой миру борьбе. Борьбе за существование целого научного направления — физики микронных и субмикронных структур, того мира, где материя начинает жить по иным, почти фантастическим законам. Его последним значимым поступком было не открытие, а отчаянное, ежедневное удержание на плаву корабля большой науки в эпоху, когда её значение ставилось под сомнение. Он пришёл к этому финалу через всю жизнь, прожитую на переднем крае, где физика перестаёт быть теорией и становится технологией судьбы.

Истоки в послевоенной Москве
Детство пришлось на войну и тяжёлые послевоенные годы. Москва того времени была городом контрастов: руины соседствовали с невероятной верой в будущее, которое предстояло построить. Эта атмосфера созидания, подкреплённая победой, формировала характер. Он рос в мире, где инженер и учёный были главными героями, а самый верный путь к признанию лежал через точные науки. Школа, затем — Московский инженерно-физический институт (МИФИ), кузница кадров для атомного проекта. Здесь он получил не просто образование, а закалку, особый тип мышления, нацеленный на решение конкретных, сверхсложных задач.

Путь сквозь кристалл
Его становление как учёного совпало с тихой революцией в физике твёрдого тела. Вместо громоздких электронных ламп на сцену выходили миниатюрные транзисторы, а затем и интегральные схемы. Орликовский оказался среди тех, кто понял: будущее — за умением управлять материей на уровне микронных, а затем и нанометровых масштабов. Его путь вёл не в глубь звёзд, а вглубь кристаллической решётки, где рождались новые свойства материалов. Работа в ведущих институтах, кандидатская, а затем и докторская диссертация, посвящённая ионно-плазменным процессам в микроэлектронике, заложили фундамент его авторитета. Он стал не просто теоретиком, а создателем технологий, без которых немыслима современная цивилизация.

Директор эпохи перемен
Главным делом его жизни стал Физико-технологический институт РАН (ФТИАН). Возглавив его в 1992 году, в самый развал страны и научной инфраструктуры, Орликовский принял на себя роль не только научного руководителя, но и хозяйственника, дипломата, защитника. Он сумел сохранить уникальный коллектив, не дать распасться школам, отстоять экспериментальную базу. Под его руководством институт стал одним из мировых лидеров в области физики наноструктур, диагностики материалов, квантовых технологий. Его научное руководство было практичным и дальновидным: он всегда видел связь между фундаментальным исследованием и его практическим выходом, будь то новый тип лазера или элемент для космического аппарата.

Характер: сталь и ответственность
Внешне сдержанный, даже суховатый, он обладал стальной волей и колоссальным чувством ответственности. Это был руководитель старой, ломоносовской закваски, для которого институт был семьёй, а наука — служением. Он не искал личной славы, предпочитая оставаться в тени громких открытий, которые рождались в стенах его института. Его уважали за компетентность, безупречную научную честность и умение принимать трудные решения в трудные времена. Он был мостом между эпохой советских научных империй и новым, конкурентным миром российской науки.

Наследие института
Память об Александре Александровиче Орликовском — это не столько список его личных работ, сколько продолжающий жить и развиваться Физико-технологический институт. Это лаборатории, которые он отстоял, научные традиции, которые он сохранил, ученики, ставшие ведущими специалистами. Его наследие — доказательство того, что даже в годы испытаний можно не просто выживать, но и двигать вперёд передовую науку, готовить задел для технологий завтрашнего дня. Он превратил институт в опорную крепость отечественной физики.

Его жизнь была квантовым переходом для целой отрасли знания.
Благодарим за сохранённый мир в разгар бури.