21 марта 1922 - 2006
Опрышко, Николай Александрович
1922 — 2006
Тот самый лётчик, чей «Ил-2» будто бы врастал в небоВесной сорок пятого, когда уже пахло победой и гарью догорающих городов, его звено возвращалось на аэродром под Львовом. Я помню, как он заглушил мотор, спрыгнул на траву и, стянув кожаный шлем, долго смотрел на запад. В его глазах не было эйфории — только усталость человека, который за четыре года привык считать каждый метр земли, каждый разворот фоккера. Николай Опрышко тогда ещё не знал, что его имя уже вписано в наградной лист.
Мальчишка с Донбасса, влюблённый в небоОн родился там, где ветер пахнет угольной пылью и степной полынью, — в селе на Донбассе. Детство его было обычным для тех мест: школа, помощь по хозяйству, беготня с мальчишками по балкам. Но однажды над селом прошёл кукурузник, и Николай замер, задрав голову. С того дня авиация стала его наваждением. Он мог часами смотреть на облака, представляя, как управляет машиной. В 1940 году, после школы, он уехал в Ворошиловград, в аэроклуб. Там, на учебных бипланах, он впервые почувствовал, как земля уходит из-под ног.
От курсанта до командира звенаВойна застала его девятнадцатилетним парнем, едва успевшим окончить военную авиационную школу. Первые бои были страшными: не хватало машин, горючего, опыта. Но Опрышко учился быстро. Его перевели на «Ил-2» — бронированный штурмовик, который немцы прозвали «чёрной смертью». На этой машине он совершил больше сотни вылетов. Каждый раз — под зенитным огнём, каждый раз — с риском не вернуться. Особенно запомнился бой под Корсунь-Шевченковским: его группа прорвалась к немецким колоннам сквозь стену разрывов, и он видел, как его бомбы разносят вражескую технику в щепки. За этот вылет его представили к званию Героя.
Главное дело: небо, ставшее судьбойК весне 1945 года старший лейтенант Опрышко командовал звеном в 155-м гвардейском штурмовом полку. Его ребята летали на «илах», закамуфлированных под зимний снег и весеннюю грязь. Я помню один из последних вылетов: они шли на Берлин, и Николай вёл группу так, будто играл в шахматы — просчитывая каждый ход, каждый зенитный расчёт. За годы войны он совершил 126 боевых вылетов, уничтожил десятки танков, орудий и складов. Указ о присвоении ему Золотой Звезды подписали в августе сорок пятого, когда война уже кончилась.
Человек, который не умел хвастатьПосле Победы он остался в авиации, но никогда не рассказывал о своих подвигах. В мирной жизни Николай Александрович был простым, немногословным человеком. Соседи по Харькову, где он жил после войны, знали его как скромного пенсионера, который любил возиться в саду. Только на парадах 9 мая на его пиджаке загоралась Золотая Звезда, и тогда прохожие удивлённо оглядывались на этого невысокого старика.
Он ушёл в 2006 году, оставив после себя не только награды, но и тишину — ту самую, которая наступает, когда замолкают моторы «Илов».
Мы помним тебя, Николай Александрович. Спасибо за небо, которое ты для нас отвоевал.
