Косьминов Иван Сергеевич

25 ноября 1921 - 7 апреля 1999

Иван Сергеевич Косьминов
1921 — 1999

Тот самый человек из Кремля, что приехал в лес

В тот день над Владимирской стороной стояла промозглая осень семьдесят первого. По проселку, ведущему в забытые богом Мещерские леса, ползла правительственная «Чайка». Местные мужики, увидев номерной знак, крестились — война, что ли? Но из машины вышел не высокий партийный чин, а сухой, подтянутый генерал в полевой форме. Он посмотрел на часы, на карту, на глухой сосновый бор — и коротко бросил водителю: «Здесь будет город». Так Иван Косьминов, человек, привыкший решать задачи, которые другим казались фантастикой, выбрал место для будущего Лазерного центра и ЗАТО Радужный.

Сын крестьян, переживший войну

Он родился в глухой деревне, в семье, где ложка была одна на всех, а свет давала лучина. Двадцать пятое ноября двадцать первого года — время, когда страна только начинала зализывать раны после Гражданской. Мальчишка рос хулиганистым, цепким, с недетской злостью на несправедливость. Когда грянула Великая Отечественная, ему не было и двадцати. Я видел его фронтовые фотографии: взгляд исподлобья, скулы заострились, гимнастерка пузырится на спине. Он прошел всю войну, от первого до последнего дня, дослужился до капитана, но в груди у него навсегда остался осколок — не металлический, а нравственный: он поклялся, что больше никогда не позволит, чтобы враг застал страну врасплох.

Человек, который зажег невидимый свет

В пятидесятые, когда все грезили ракетами, он вдруг увлекся физикой. Я помню его в академии: он, кадровый офицер, сидел на лекциях по квантовой механике, как студент-первокурсник, и конспектировал лекции академика Прохорова. В шестьдесят четвертом он защитил диссертацию, но не ушел в науку — он остался военным. Косьминов понял главное: лазер — это не просто игрушка для физиков, это будущее обороны. Он пробивал это направление с упрямством танка. В Министерстве обороны его считали чудаком: «Товарищ генерал, ну какие лучи? Это же фантастика!» А он молча доставал свои расчеты и клал на стол.

Создатель «города в лесу»

Семьдесят первый год стал переломным. Именно Косьминов настоял на строительстве первого в СССР специализированного Лазерного центра — не в Москве, не в Ленинграде, а здесь, в глухих лесах, где ничего не мешало экспериментам. Он лично выбирал каждый метр трассы, проверял, чтобы не было лишних вибраций от грунтовых вод. Строительство шло в режиме строжайшей секретности. Рабочим говорили: «Строим завод оптики». А местные шутили: «Оптика — это же очки? Зачем тут целый завод?» Но когда через несколько лет над лесом, по ночам, начали бить в небо тонкие зеленые лучи, шутки прекратились. Косьминов создал не просто центр — он создал город. ЗАТО Радужный. Сам выбирал планировку улиц, следил, чтобы у домов были палисадники, а у школы — хороший стадион. Он говорил: «Солдаты должны жить как люди, а не в казармах».

Характер: тихий, но несгибаемый

Я слышал, как с ним спорили министры. Он никогда не повышал голос. Сидел, сцепив пальцы в замок, и тихо повторял: «Нет, это неверно. Надо сделать так». И делали так. Его боялись и уважали. Он мог в три часа ночи приехать на стройку, проверить сварку и, найдя дефект, заставить переделывать всю секцию. Но он же, узнав, что у солдата заболела мать, лично звонил в госпиталь и договаривался о лучшем враче. В быту был аскетичен — старый китель, сапоги до блеска, и никакого барства. Говорят, когда ему предложили дачу в Подмосковье, он отказался: «У меня есть лес».

Наследие, которое не видно со спутника

Когда в апреле девяносто девятого он ушел, Радужный замер. Люди вышли на улицы просто так, молча. Они хоронили не генерала — они хоронили отца города. Лазерный центр, который он создал, работает до сих пор. Там, в бетонных бункерах, до сих пор живут его идеи. Но главное наследие — это сам Радужный. Город, который он выстроил с нуля, где все пропитано его характером: строгий порядок, чистота, и какая-то особая гордость за свое дело. О нем не снимают фильмов, его имя редко звучит в новостях. Но любой, кто приезжает в этот тихий город во Владимирских лесах, чувствует: здесь жил человек, который знал, ради чего стоит просыпаться в пять утра.

Он умел видеть свет там, где была только тьма, и зажигать его для других.
Спасибо ему за то, что он построил не просто заводы, а дома.