Корнуков Анатолий Михайлович

10 января 1942 - 1 июля 2014

Корнуков Анатолий Михайлович
1942 — 2014

ПОВОРОТ НАД САРАЕВО
Он не мог знать, что этот полёт навсегда разделит его жизнь на «до» и «после». 2 июня 1995 года, небо над Боснией. Командирский вертолёт Ми-8, на борту которого находился генерал-лейтенант Корнуков, выполнявший миротворческую миссию, был сбит ракетой. Машина рухнула в горном ущелье. Чудом выжившие, они сутки выбирались к своим через вражескую территорию. Этот огненный ад, холод скал и запах горящего металла стали точкой отсчёта. После этого испытания в нём окрепла нечеловеческая воля, а в глазах навсегда поселилась та тень, которую видят лишь те, кто смотрел в лицо смерти и вернулся.

ВЗЛЁТ С КУБАНСКИХ ПОЛЕЙ
Его путь в небо начался далеко от генеральских кабинетов, в станице Новопластуновской Краснодарского края. Мальчишка, росший в простой семье, мечтал о самолётах. Эта мечта привела его сначала в Батайское авиационное училище, а затем, шаг за шагом, в высшие эшелоны военной авиации. Он не был вундеркиндом или протеже — его карьера была выкована из упорства, безупречного пилотирования и глубокого понимания техники. Каждая новая должность — от лётчика-инструктора до командира авиаполка — была заслужена личным мастерством и железной дисциплиной.

СТАНОВЛЕНИЕ СТРАТЕГА
Путь от лётчика до управленца высшего ранга — это всегда трансформация. Для Корнукова она прошла через Академию Генштаба, где тактическое мышление пилота было переплавлено в стратегическое видение командующего. Он учился не просто вести в бой эскадрильи, а выстраивать сложнейший организм Военно-воздушных сил в новых, постсоветских реалиях. Его назначения — от командующего ВВС Московского военного округа до первого заместителя Главкома — были ступенями к вершине, которую он достиг в самый сложный для армии период.

НА КОМАНДНОМ МОСТИКЕ ВВС
В январе 1998 года он принял штурвал Главнокомандующего ВВС России. Его командование пришлось на годы хронического недофинансирования, технического устаревания и череды трагедий, самой громкой из которых стала гибель «Курска». В этих условиях его главным делом стало не допустить развала. Он боролся за каждый рубль на ремонт аэродромов, за сохранение боеготовности полков, за жизнь лётного состава. Именно при нём началось медленное, мучительное перевооружение, были заложены основы для будущего возрождения воздушной мощи страны. Его отставка в 2002 году стала завершением целой эпохи.

ХАРАКТЕР, ЗАКАЛЁННЫЙ НЕБОМ
Он не был кабинетным стратегом. Его уважали и побаивались за прямоту, принципиальность и жёсткость, доходившую до суровости. Это был командир старой, советской закалки, для которого понятия долга, чести и приказа были не пустым звуком. Он ненавидел бумажную волокиту и предпочитал лично инспектировать части, смотреть в глаза подчинённым. Эта внутренняя сталь, выкованная в небе и закалённая в бою, не всегда находила понимание в коридорах новой власти, но делала его фигурой абсолютно цельной и несгибаемой.

НАСЛЕДИЕ ЧЕЛОВЕКА ИЗ СТАЛИ
После отставки он не ушёл в тень, а до последних дней работал советником в «Оборонпроме», отдавая опыт возрождающейся авиапромышленности. Его память увековечена в названии улицы в Краснодаре и мемориальной доске на здании Министерства обороны. Но главное наследие — это не памятники, а восстановленные впоследствии на новом уровне ВКС России, в фундамент которых лёг и его титанический труд по сохранению отрасли в самые тёмные годы.

Память о нём — это шум турбин над кубанскими полями и строгий взгляд командира, навсегда устремлённый в небо.
Благодарность — крылатому стратегу, который удержал штурвал, когда самолёт падал.