7 октября 1940 - 10 августа 2010
Василий Григорьевич Кисунько
1940 — 2010
**Поворотный кадр**Всё могло сложиться иначе, если бы не один случайный, но судьбоносный просмотр. Молодой студент-филолог, чьи интересы лежали в области литературы, однажды зашёл в полупустой кинозал. На экране шёл фильм, который он не планировал смотреть. Но кадр за кадром мир кино захватил его с такой силой, что литературные сюжеты отступили перед магией движущегося изображения. Этот сеанс стал точкой невозврата, тем самым ключевым моментом, который перечеркнул все прежние планы и направил жизнь Василия Кисунько по совершенно новому руслу — руслу кинематографа.
**Истоки: из филологии в кинематограф**Он родился в военном 1940-м, и его детство пришлось на послевоенные годы, отмеченные не только лишениями, но и мощным культурным подъёмом. Выбрав для учёбы филологический факультет, он, казалось, шёл по проторённой тропе гуманитария. Однако та самая кинематографическая вспышка в студенческие годы переориентировала его научный поиск. Филология не была отвергнута — она стала прочным фундаментом, на котором он начал выстраивать здание киноведения, подходя к фильму как к сложному тексту, требующему глубокого прочтения.
**Путь учёного и педагога**Следующим логичным шагом стала аспирантура и защита кандидатской диссертации, которая утвердила его статус серьёзного исследователя. Но Кисунько никогда не был кабинетным учёным, замкнутым на теории. Его истинным призванием оказалась педагогика. Он начал преподавать, и лекционная аудитория стала для него второй съёмочной площадкой, где он был и режиссёром, и сценаристом, и главным действующим лицом. Его умение увлечь, заразить страстью к искусству стало легендарным.
**Кафедра как жизненное дело**Вершиной его профессионального пути стало руководство кафедрой гуманитарных наук Московской государственной консерватории имени П. И. Чайковского. Это назначение было глубоко символичным. Здесь, в храме музыки, он отстаивал значение слова, образа, философской мысли. Под его началом кафедра превратилась не в формальное подразделение, а в уникальную творческую лабораторию, где будущие великие музыканты учились видеть за нотами широкий культурный контекст, а кино и другие искусства обретали новое звучание в диалоге с музыкой.
**Характер: строгий интеллигент**Внешне он мог казаться суховатым и даже строгим — этакий профессор старой закалки с безупречной логикой и требовательностью. Но за этой академичной оболочкой билось сердце истинного просветителя и тонкого ценителя прекрасного. Его лекции были откровением не из-за пафоса, а благодаря ясности мысли, глубине анализа и той особой интеллигентской иронии, которая никогда не переходила в сарказм. Он умел разглядеть искру таланта в самом застенчивом студенте.
**Наследие: синтез искусств**Его наследие — это не только научные труды, которые остаются важными для специалистов. Главное — это сотни учеников, музыкантов с мировыми именами, которые благодаря ему воспринимают искусство целостно. Он создал уникальную образовательную модель, где кино, живопись, литература и философия не являются «сопутствующими предметами», а образуют единое пространство культуры, необходимое для формирования подлинного художника. Его идея синтеза искусств стала практикой и продолжает жить в стенах консерватории.
Память о нём — это тихий свет кинопроектора в лекционном зале.
Благодарность — за то, что научил слушать тишину между кадрами и видеть музыку в зримых образах.
