Кириченко Николай Карпович

12 февраля 1923 - 12 августа 1986

Николай Карпович Кириченко
1923 — 1986

То, что осталось
На карте Украины его именем почти ничего не названо. Ни проспекта, ни института, ни завода. Но память о нем живет не в бронзе — в урожае. В тех полях, которые кормили страну. В тех хозяйствах, которые он поднимал из руин после войны. О нем помнят в селах Черкасской области, где его слово было законом, а рука — поддержкой. Он не был публичным оратором, не мелькал на трибунах съездов, но его имя звучало в сводках уборочной, в планах пятилеток, в цифрах надоя и намолота. После него остались не мемуары, а дела.

Истоки
Он родился в самом начале двадцатых, когда страна залечивала раны гражданской войны. Село Новоселица на Черкасчине — глухая степь, где каждый кусок хлеба был ценой труда. Отец — крестьянин, мать — крестьянка. Детство пахло землей и потом. Школа, комсомол, первые уроки ответственности. Но война перечеркнула все. В восемнадцать лет он ушел на фронт, и до 1945 года его жизнь была окопами, атаками, потерями. Четыре года войны — это не строка в биографии, а шрам на судьбе. Он вернулся живым, но с навсегда поселившейся в душе тишиной.

Путь
После войны — разруха. И он, демобилизованный солдат, не ищет легких дорог. Идет в сельское хозяйство. Работает агрономом, потом председателем колхоза. Здесь не было случайных людей — только те, кто умел ждать, пахать и верить. Он учился заочно, на ходу, постигая науку управления в прямом смысле «в поле». Партийная работа нашла его сама: сначала секретарь райкома, потом обком. Он не рвался к власти — власть сама пришла к нему, потому что он умел слушать землю и людей.

Главное дело
Двадцать лет он возглавлял Черкасскую областную партийную организацию. Эпоха Кириченко — это время, когда область стала одним из лидеров Украины по производству зерна, сахарной свеклы, мяса. Он ввел систему, при которой каждый район отвечал не за план, а за результат. Его называли «хозяином», и это было высшей похвалой в крестьянской стране. В 1977 году ему присвоили звание Героя Социалистического Труда — за успехи в развитии сельского хозяйства. Но он не носил ордена на пиджаке. Говорили, что в кабинете у него висела карта области с пометками, и он знал каждый уголок.

Личность
Он был жестким, но справедливым. Крестьяне его уважали за то, что он помнил, как пахнет навоз и как болит спина после сенокоса. Он не терпел показухи, не любил пустых речей. В партийных кругах его называли «человеком с характером». Он мог остановить стройку, если видел, что она не нужна, и мог пробить финансирование для отдаленного села. Он не писал докладных — он ездил и смотрел сам. Его дом был открыт для сельских жителей, и в приемной всегда стояли люди с просьбами.

Наследие
Сегодня мало кто помнит его фамилию. Но в Черкасской области до сих пор работают хозяйства, заложенные при нем. Его ученики — бывшие секретари райкомов, председатели колхозов — ушли, но традиция осталась. Он похоронен в Черкассах, но настоящий памятник ему — это бескрайние поля, которые кормили страну. И еще — та тихая благодарность стариков, которые говорят: «При Кириченко порядок был».

Светлая память человеку, который не искал славы, а просто делал свою работу.
Спасибо ему за хлеб, который он вырастил для нас.