Гулямшаев Гульмамад

1 мая 1909 - 9 декабря 1970

Гульмамад Гулямшаев
1909 — 1970

Последняя высота

Девятого декабря 1970 года, в глухой таджикской кишлачной больнице, остановилось сердце человека, чья грудь была увешана боевыми отметинами двух войн — Великой Отечественной и, задолго до неё, другой, почти забытой, гражданской. Он умер не от пули и не от осколка — от простой, нелепой язвы, которой не смогли дать отпора уже изношенные до предела сосуды. Но за его спиной остался путь, достойный отдельной поэмы.

Сын земли и огня

Он родился первого мая 1909 года, когда мир ещё не знал слова «фашизм», а кишлак жил по законам средневековья. Сын Таджикистана, тогда ещё окраины Бухарского эмирата, он с детства знал, что такое нужда и каменистая земля, которая кормит только того, кто умеет её любить. Школа, комсомол, первое учительство — так начиналась его биография, где слово «долг» было не абстракцией, а ежедневным действием.

Путь через пламя

Когда грянула самая страшная война, Гульмамад Гулямшаев оставил мирные дела. С 1941 года — он уже в строю. Но не за партой, не на складе. Командир взвода, затем роты — он водил людей в атаку там, где каждый метр земли стоил крови. Его военный путь — это не парады, а грязь окопов, свист пуль и постоянное чувство ответственности за спины бойцов. Капитан, кавалер Красного Знамени и Красной Звезды, он был одним из тех, кто не ждал орденов, а просто делал свою работу.

Главное дело — Победа

Его судьба — это срез эпохи. Он воевал там, где решалась судьба мира: брал Берлин, освобождал Прагу. Орден Отечественной войны первой степени стал не просто наградой, а знаком того, что он прошёл самую мясорубку. А медаль «За взятие Берлина» — это не металл, это тяжесть памяти. Он вернулся домой в сорок шестом, но не для того, чтобы отдыхать. Пять лет, с 1946 по 1951, он отдал службе в органах МВД на родине, в Сталинабаде. Он строил мир на той земле, которую защищал с оружием в руках.

Солдат и государственник

Гульмамад был из тех людей, кто не умел жить наполовину. Если воевать — до последнего патрона, если служить — до последнего дыхания. Суровый, немногословный, он был для подчинённых не просто командиром, а отцом-командиром. За его плечами были не только форсирования рек и штурмы городов, но и тихая, незаметная работа по восстановлению страны. Он не искал славы, он искал справедливости.

Наследие

Его имя выбито не на бронзе, а в списках тех, кто прошёл от Памира до Бранденбургских ворот. Орден «Знак Почёта» стал финальным аккордом его мирной жизни, но главный орден — это память его детей и внуков, которые сегодня знают: их дед был из той породы людей, что не гнулись. Девятого декабря 1970 года ушёл солдат, но не ушла эпоха, которую он олицетворял.

Спи спокойно, капитан. Ты своё отвоевал.
Спасибо за то, что в сорок пятом мы встретили не фашизм, а мир.