9 апреля 1924 - 18 мая 2017
Виктор Вячеславович Фаворский
1924 — 2017
Его жизнь была выверена с математической точностью, как полёт баллистической ракеты. Но если вглядеться пристальнее, за безупречными расчётами и сухими формулами обнаруживается иная, главная сила — служение. Служение не абстрактной идее, а конкретному делу защиты Отечества, превратившее мальчика из военного городка в одного из архитекторов ракетного щита страны. Его путь — это не взлёт, а кропотливое, ежедневное построение траектории, где каждая точка была продиктована долгом.
Он родился в семье военного, и сама атмосфера предвоенных лет, строгий уклад гарнизонной жизни сформировали первый, неосознанный ещё кодекс. Отец, кадровый офицер, стал первым и главным примером. Война, на которую он ушёл со школьной скамьи, превратила этот кодекс из теории в кровную необходимость. Окопная правда артиллерийского разведчика не оставляла места романтическим иллюзиям: защищать — значит знать, предвидеть, быть сильнее. Эта фронтовая закалка стала тем фундаментом, на котором позже вырастет его служение уже в иной, технологической войне.
Мирная жизнь началась с учёбы. Военная академия, а затем и адъюнктура стали для него не ступенями карьеры, а инструментами для более эффективного служения. Он понимал, что будущее — за техникой, за точными науками. Его ум, отточенный на фронте для решения тактических задач, теперь погрузился в стратегию создания оружия сдерживания. Каждая освоенная дисциплина, каждая защищённая работа были кирпичиками в стене, которую он и его поколение возводили вокруг страны, ещё не оправившейся от ран.
Его главным полем брани стали конструкторские бюро и научно-исследовательские институты Министерства обороны. Фаворский не создавал ракеты своими руками, он создавал систему, в которой эти ракеты рождались, испытывались и принимались на вооружение. Его служение было интеллектуальным и организационным: оценка перспектив, анализ проектов, координация работы десятков предприятий и тысяч людей. Он стоял у истоков легендарных ракетных комплексов, его подпись и его ответственность ложились на техническую документацию, определявшую баланс сил в мире на десятилетия вперёд. Государственная премия и Золотая Звезда Героя Социалистического Труда стали признанием не личного триумфа, а успеха общего дела, которому он был предан.
В нём не было ничего от пламенного оратора или харизматичного вождя. Его сила была в ином — в беспримерной ответственности, глубокой эрудиции и кристальной честности перед делом. Это был человек-институт, человек-система. Его уважали за профессионализм, ценили за объективность и немного побаивались за принципиальность. Он нёс своё служение без пафоса, как инженер несёт вахту у пульта управления сложнейшим механизмом, от которого зависят жизни.
Сегодня, когда названия разработанных при его участии ракетных систем звучат как история отечественного ракетостроения, становится ясен масштаб его вклада. Он был одним из тех, кто перевёл искусство войны в область высшей математики и надёжной техники. Его наследие — не только в конкретных комплексах, но и в целой школе военно-технической экспертизы, в выработанных им принципах принятия решений. Это наследие продолжает служить, обеспечивая безопасность уже новых поколений.