Дерябин Степан Александрович

17 января 1922 - 4 декабря 1987

Степан Александрович Дерябин

1922 — 1987

Человек, который не искал славы

В официальных сводках его назовут полным кавалером ордена Славы. Но сам Дерябин до конца жизни стеснялся этого звания. Когда в 1967 году к нему в дом пришли с документами для музея, он долго отнекивался: «Да что вы, я воевал как все». И это не было скромностью — это была честность человека, который слишком хорошо знал цену войны, чтобы считать себя героем. Его награды лежали в старой обувной коробке, перетянутой бельевой резинкой.

Изба под соломенной крышей

Родился в 1922 году в глухой деревне Екатериновка, под Алтаем. Там не было ни электричества, ни радио — только бесконечное поле да работа до седьмого пота. Отец ушел на Первую мировую и не вернулся, мать тянула четверых детей одна. Степан был старшим. К десяти годам он умел косить, пахать и колоть дрова так, что мужики удивлялись. Но в школе учился плохо — просто некогда было. Алфавит одолел, но толком читать так и не научился. Грамота навсегда останется для него чем-то чужим, неудобным, как валенки не по размеру.

Три войны за плечами

В 1941-м его призвали в пехоту. Дерябин не был ни отчаянным смельчаком, ни лихим разведчиком — он был сапером. Саперы не бегают в атаку с криком «ура». Они ползут по нейтральной полосе под пулями, разминируя поле, зная, что каждый метр может стать последним. Он получил свою первую «Славу» под Гомелем, когда под шквальным огнем проделал проход в минном поле для целого батальона. Вторую — за форсирование Днепра, когда под обстрелом переправлял на плоту боеприпасы, хотя сам плавать не умел. Третью — в 1945-м, уже после Победы, в Маньчжурии, где он с группой саперов обезвредил сотни японских фугасов. Но сам он вспоминал не награды, а тот случай, когда его саперная лопатка спасла жизнь товарищу: перерубил шнур, ведущий к взрывчатке, когда тот уже задымился. «Руки тряслись, — признавался он потом, — думал, опоздал».

Сварщик, егерь, человек

Вернувшись с войны в 1946-м, Дерябин не пошел в начальники. Хотя имел полное право: три ордена Славы давали немалые льготы. Но Степан Александрович устроился сварщиком на стройку в Бийске. Работа была тяжелая, грязная, но он любил ее: в огне и грохоте электрической дуги было что-то честное, без фальши. Однако в 1950-м случилось то, что сломало его: на стройке упала балка, повредила позвоночник. Врачи сказали: работать сварщиком больше нельзя. Дерябин, которому едва перевалило за тридцать, остался без дела. Он долго не мог найти себя: пробовал устроиться сторожем, грузчиком, но спина не давала. Выручило лесничество — взяли егерем. До конца жизни он бродил по тайге, один на один с тишиной. Говорили, что знал каждую звериную тропу в радиушестидесяти километров.

Человек с коробкой наград

В быту он был человеком нелюдимым и даже угрюмым. Соседи его побаивались: высокий, сутулый, с тяжелым взглядом человека, который многое видел. Водку не пил — с войны не переносил запаха. Любил только крепкий чай с дикой смородиной. Крепко дружил с местным почтальоном — единственным, кто знал, что в той коробке лежат ордена. Когда в 1985 году пришла «юбилейная» Слава, он даже не пошел на вручение: «Мне уже не надо, пусть молодым дают». А через два года, 4 декабря 87-го, его нашли мертвым в лесной сторожке. Сердце. Рядом стояла кружка с недопитым чаем.

Память, которая не ржавеет

Дерябин не оставил мемуаров, не давал интервью. О его подвигах знали только старые однополчане, которые давно перемерли. В 2010 году в Бийске открыли мемориальную доску на доме, где он жил. Краеведы долго искали хоть одну его фотографию в военной форме — не нашли. Он не любил фотографироваться, считал это пустой тратой времени. Но в архиве сохранилась любительская съемка 1965 года: седой мужчина с нелепой улыбкой сидит на крыльце и кормит с руки старого ворона. Подпись карандашом: «Степан на пенсии».

Спасибо за тишину, которую ты нам подарил