Чурилин Алексей Павлович

26 декабря 1916 - 23 августа 1982

Тихон Чурилин, Алексей Павлович Чурилин
1916 — 1982

Человек, который не прятался за броню
В конце 1944 года, когда небо над Прибалтикой уже вылизывали первые лучи весны, я видел его на аэродроме. Он стоял у самолёта, затянутый в чёрный реглан, и, прищурившись, смотрел на запад. В руках он держал шлемофон — небрежно, как кепку. Никакой позы, никакой военной выправки. Только усталость и странная, почти детская улыбка. Тогда я ещё не знал, что это Алексей Чурилин, что за его плечами — дюжина сбитых и два тяжёлых ранения. Он выглядел как простой деревенский парень, которого война заставила стать сталью.

Из земли к облакам
Он родился в последний день 1916 года в Воронежской губернии, в селе, где дома были крыты соломой, а мальчишки мечтали не о небе — о сытном обеде. Воспитывала его сестра. Родители ушли рано, и Алексей, коренастый, с широкими крестьянскими ладонями, с детства знал цену хлебу. Летать он, как и многие, захотел случайно — увидел в небе «У-2», и сердце ёкнуло. Шёл 1937 год. ФЗУ, потом аэроклуб, потом военная школа пилотов в Чугуеве. К началу войны он уже был лейтенантом, но не на фронте — инструктором. Учить других, пока друзья горят в небе. Он рвался в бой, и рвался так, что в 1942-м его, наконец, отпустили.

Сорок третий, сорок четвёртый
Я слышал от его ведомого: Чурилин не просто атаковал — он въедался в хвост врагу. На Ла-5, этом грубоватом, но мощном истребителе, он чувствовал себя как рыба в воде. В январе 1944 года, когда прорывали блокаду Ленинграда, он сбил сразу два «Фокке-Вульфа» в одном бою. Не героическим броском — расчётом. Он видел воздух как шахматную доску. К лету 1944-го на его счету было 18 личных побед. Но самое страшное случилось раньше, в 43-м. Его самолёт подбили над Нарвой. Чурилин выпрыгнул с парашютом, но приземлился на минное поле. Осколки изрешетили ноги. Врачи собирались ампутировать, но он настоял: «Я летать буду». И летал. Хромал, терпел боль, но возвращался в строй. За этот бой, за волю, за 18 сбитых ему дали Звезду Героя.

Характер: сталь, которая не гнётся
Он был угрюмым молчуном. В столовой садился в угол, ковырял вилкой кашу. Не терпел, когда хвалили в глаза, и мог оборвать на полуслове замполита. Но с механиками пил чай, делился махоркой. Помню, как один молодой пилот, вернувшись с задания, трясся в истерике. Чурилин подошёл, положил руку ему на плечо и сказал тихо: «Ты не бойся. Страх — это топливо. Главное — не дать ему сгореть тебя». Он никогда не учил летать. Он учил жить в воздухе.

После войны: небо стало другим
После Победы он ещё служил, командовал полком, учил молодёжь. Но война выжгла в нём что-то важное. Кислород мирного неба казался пресным. Он ушёл в запас в 1958-м в звании полковника, поселился в Воронеже. Работал в штабе гражданской обороны, но друзья говорили: он тосковал. Часто сидел на лавочке у Дома офицеров, смотрел вверх. 23 августа 1982 года его не стало. Сердце, изношенное перегрузками, остановилось.

Он был из тех, кто не просил пощады, даже когда земля горела под ногами.
И мы, кто видел его взлёты и падения, помним: Чурилин не сгорел в войну. Он просто устал жить без неё.