Чубенко Василий Эдуардович

6 сентября 1971 - 27 июля 2005

Василий Эдуардович Чубенко
1971 — 2005

Последний рубеж

Утро 27 июля 2005 года. Чечня, Веденский район. Колонна внутренних войск попала в засаду. Плотный огонь из гранатометов и автоматов, взрывы, крики — ад разверзся на горной дороге. Полковник Чубенко, вытащив раненого солдата из пылающей машины, принял бой. Он прикрывал отход товарищей до последнего патрона, пока очередь снайпера не оборвала его жизнь. В тот день он спас не менее дюжины жизней, оставив свою в пыли чужой войны.

Детство, закаленное сталью

Он родился в 1971 году в городе Гуково, Ростовской области. Никакого военного романтизма в семье не было — отец работал на шахте, мать — учительницей. Но в мальчишке с ранних лет жила странная тяга к порядку и дисциплине. Вместо того чтобы гонять футбол, он часами разглядывал альбомы с формой разных родов войск. Учился прилежно, но без фанатизма — отличником не был, а вот в дворовых драках всегда стоял за слабых. Этот внутренний кодекс чести, выкованный в пыльных дворах шахтерского городка, позже станет его воинским уставом.

Путь офицера

После школы — ни минуты сомнения: Новосибирское высшее военное командное училище. Там его заметили — не за громкие речи, а за нечеловеческую выдержку на тактических занятиях. Кадет Чубенко умел ждать. Молча, без жалоб, стиснув зубы. После выпуска — Северный Кавказ. Первая чеченская кампания стала его крещением. Он не искал наград, но награды находили его сами. Орден Мужества, медали — все это было не главным. Главным были глаза солдат, которых он выводил из окружения живыми.

Главное дело — быть щитом

К 2005 году полковник Чубенко командовал 1-м батальоном 99-й дивизии внутренних войск. В его ведении — сложнейшие спецоперации в горах. Он знал: за каждым его приказом стоят десятки жизней. Не было, наверное, в батальоне солдата, который не знал бы его «фирменного» приема: перед каждой операцией он обходил личный состав, заглядывал каждому в глаза и шептал: «Я вас выведу. Обещаю». И верили. Потому что он никогда не бросал своих. Ни в Грозном, ни в Аргуне, ни в том проклятом ущелье, где принял последний бой.

Характер — гранит и совесть

Сослуживцы вспоминают: Чубенко был жестким, но справедливым. Мог устроить разнос за нечищеный сапог, но никогда не повышал голоса на подчиненного. Он читал на ночь стихи — Ахматову и Цветаеву, что казалось диким для боевого офицера. Любил классическую музыку. В редкие дни отпуска уезжал с семьей на Байкал, ловил рыбу и молчал — отходил от войны. Дома его ждали жена и сын. Мальчик видел отца редко, но каждый раз, прощаясь, Чубенко клал сынишке в ладонь свой нагрудный знак и говорил: «Храни».

Наследие — имя на граните

Сегодня школа в Гуково носит имя Василия Чубенко. На фасаде — мемориальная доска. Каждый год 27 июля курсанты Новосибирского училища выстраиваются в почетный караул. Но настоящее наследие — это десятки мужчин, которые живы благодаря его последнему бою. Они приводят своих детей к памятнику полковнику и рассказывают, что есть на свете офицеры, которые умирают стоя.

Спи спокойно, полковник. Ты закрыл собой небо.
Спасибо за тишину в наших домах.