Чекмарёв Александр Михайлович

27 августа 1937 - 7 июня 2020

Александр Михайлович Чекмарёв
1937 — 2020

То, что осталось после ухода
Смерть не забирает всё. После Александра Михайловича Чекмарёва остались не только тонны научных статей и фундаментальные монографии по химии элементоорганических соединений. Осталась удивительная школа — плеяда учеников, которые теперь рассеяны по лабораториям от Москвы до Сибири, но все помнят его манеру: тихо подойти к стенду, поправить схему реакции и, не повышая голоса, сказать то самое «а давайте подумаем». Осталась его фосфорная химия — сложная, как ребус, и прекрасная, как математическая симфония. Когда в 2020 году сердце остановилось, мир потерял не просто члена-корреспондента РАН, а человека, который умел видеть невидимые связи между атомами и людьми.

Детство, выкованное войной
Он родился в августе 1937-го, когда небо над страной уже сгущалось. Война отняла у него всё, что обычно отнимает у детей: беззаботность, отца, тишину. Маленький Саша рос в эвакуации, в холоде и голоде, но именно тогда в его руках впервые оказались самодельные наборы «юный химик» — стёклышки, банки, загадочные порошки. Может быть, именно та детская жажда понять, как устроен мир на самом деле, позже привела его в Московский химико-технологический институт. Он не выбирал науку — наука сама выбрала его, когда он, мальчишка, смешивал реактивы в консервной банке.

🛤 Путь длиною в жизнь
После института была аспирантура, первые робкие шаги в лаборатории элементоорганических соединений. Чекмарёв не сразу нашёл свою тему: он бродил между органическим синтезом и неорганической химией, пока не наткнулся на фосфор. Именно фосфор — капризный, огнеопасный, своенравный — стал его судьбой. Он научился укрощать этот элемент, заставляя его вступать в реакции, которые до него считались невозможными. Потом была защита докторской, годы работы в Институте элементоорганических соединений имени А. Н. Несмеянова. Он не стремился к административным высотам, но звание члена-корреспондента РАН получил заслуженно — за то, что создал новую ветвь в химии фосфорорганических соединений.

Главное дело: фосфор и жизнь
Если бы его спросили, что он считает главным делом своей жизни, он, скорее всего, смущённо пожал бы плечами. Но дело было огромным: Чекмарёв разработал методы синтеза фосфорорганических полимеров, которые нашли применение в медицине, в создании экстрагентов для редкоземельных элементов, в новых материалах для оборонной промышленности. Его работы по фосфорилированию органических соединений стали классическими — их цитируют до сих пор, хотя прошло полвека. Он умел делать сложное простым: брал запутанную реакцию и превращал её в изящную формулу, понятную даже студенту. За это его любили и боялись одновременно — он не терпел небрежности в обращении с веществом.

Личность: тишина и точность
В жизни он был под стать своей науке — тихий, точный, не терпящий суеты. Коллеги вспоминают, что Чекмарёв никогда не повышал голос в спорах, но возражал с такой убийственной логикой, что оппонент замолкал сам. Он не любил парадных портретов и юбилейных речей, предпочитая им долгие часы в лаборатории. Вечерами, когда все расходились, он оставался один на один с приборами — и это было его счастье. Редко кто видел его улыбающимся, но те, кто видел, запомнили эту улыбку навсегда: она была робкой, детской и очень чистой.

Память, которая не выдыхается
Он ушёл в начале лета 2020-го, когда мир охватила другая, нехимическая эпидемия. Но его имя осталось в названиях реакций, в учебниках, в памяти учеников, которые разъехались по стране. Каждый раз, когда в какой-нибудь лаборатории синтезируют новый фосфорорганический препарат, кто-то обязательно скажет: «А вот Чекмарёв делал это иначе». И это «иначе» — лучший памятник учёному. Потому что настоящая наука — это не учебники, это живые руки, передающие знание дальше.

Покойся с миром, Александр Михайлович. Твои формулы не исчезнут — они растворятся в новых открытиях твоих учеников.
Спасибо за то, что превратил фосфор из опасной стихии в тихое, служащее людям вещество.