Бубнов Николай Матвеевич

25 июля 1904 - 2 августа 1943

Николай Матвеевич Бубнов
1904 — 1943

Человек, который не промахивался

Говорят, его называли «танковым снайпером». Не за меткость стрельбы — за то, как он чувствовал поле боя. В сорок втором, под Ржевом, когда казалось, что всё решено и немцы вот-вот замкнут кольцо, он вывел свою бригаду через болото, которое на картах значилось непроходимым. Местные старики крестились и говорили, что там трясина засасывает за пять минут. Бубнов провёл тридцать девять машин. Ни одна не утонула.

Выходец из губернской глуши

Он родился в деревне, где зимой заметало избы по самую крышу, а летом пахло мёдом и пылью. Сын крестьянина, он с детства знал, что земля — это не метафора, а тяжесть на лопате. В двадцать лет, когда страна перекраивала себя заново, он пошёл в Красную Армию — не за славой, а потому что так было надо. Высокий, нескладный, с въевшейся в ладони грязью, он не выглядел героем. Но уже тогда в нём жила та самая упрямая основательность, которая позже спасёт сотни жизней.

Школа огня и стали

В тридцатые он учился в бронетанковой академии. Там, в кабинетах, пахло машинным маслом и карболитом, а на полигонах — гарью. Он не был теоретиком: любил лично залезать в люк, проверять гусеницы, спорить с механиками. Его называли занудой — он требовал, чтобы каждый танк был вымыт до блеска, а боекомплект уложен по линейке. Но когда в сорок первом началось отступление, именно эти «занудные» машины не ломались на марше.

Боевое крещение и «Калибр»

Война застала его под Минском. Он командовал батальоном и делал то, что умел лучше всего: держал оборону, когда все вокруг отходили. Там, в сорок первом, он получил своё первое ранение — осколок застрял в плече, но он не ушёл в госпиталь. Перевязавшись, вел танки в контратаку. К сорок второму он уже полковник, командир 40-й гвардейской танковой бригады. Под Сталинградом его бригаду бросили в самое пекло — на заводские цеха. Он воевал там, где каждый метр был прострелен, где танки горели как свечки.

Лично водил машины в разведку. Однажды, в сумерках, его «тридцатьчетвёрка» наткнулась на немецкую колонну. Бубнов не стал ждать подкрепления — ударил с ходу, разметал грузовики и ушёл в балку, пока противник не опомнился. За это его представили к Золотой Звезде.

Характер, выкованный войной

Он был жёстким. Кричал на подчинённых, когда те ошибались, но никогда не унижал. После боя мог сидеть с рядовыми у костра, молча курить махорку и слушать. Глаза у него были светлые, почти прозрачные, и в них, как говорили, никогда не было страха. Только усталость. И ещё — он ненавидел пафос. Когда его спрашивали о геройстве, он отмахивался: «Я не герой, я командир. Герои — те, кто остался в поле».

Последний бой

Он погиб 2 августа 1943 года. Под Орлом, в ходе Курской битвы. Бригада прорывала оборону, и Бубнов, как всегда, был на острие атаки. Прямое попадание. Снаряд ударил в башню. Говорят, он не мучился — всё кончилось мгновенно. Ему было тридцать девять лет.

Он ушёл так, как и жил — в грохоте стали, не оборачиваясь.
Спасибо за то, что не проиграл тот бой.