Белобородов Александр Георгиевич

14 октября 1891 - 10 февраля 1938

Александр Георгиевич Белобородов
1891 — 1938

Последний день в подвале
Десятого февраля 1938 года в подвалах московской тюрьмы приговор привели в исполнение. Он стоял перед расстрельной командой, возможно, вспоминая не свою славу, а ту ночь в Екатеринбурге, когда сам подписал смертный приговор целой династии. Белобородов, вершитель судеб в двадцать четыре года, теперь сам оказался на краю бездны. Его не спасло ни прошлое, ни партийная преданность — в сталинские чистки все уравнивались перед пулей.

Детство в слободе Усолье
Он родился осенью 1891 года в семье рабочего на уральских заводах, вдали от столичных библиотек и салонов. С детства впитал несправедливость заводского быта — нищету, тяжелый труд, раннюю смерть сверстников. Учился в начальной школе, но больше, чем книжки, его формировала улица: драки за кусок хлеба, ненависть к хозяевам, первое знакомство с подпольными кружками. В четырнадцать лет он уже работал на заводе — и к двадцати годам стал убежденным большевиком, для которого мир делился на угнетателей и угнетенных.

Путь через тюрьмы и ссылки
Его биография — это сплошная линия сопротивления: аресты, высылки, побеги. В 1912 году он вступил в партию и сразу попал под надзор полиции. В 1913-м — первая ссылка в Нарымский край, откуда он бежал через тайгу. Снова арест — и снова ссылка, уже в Сибирь. В 1916 году его мобилизовали в армию, но он не воевал за царя — вел агитацию среди солдат. Февральская революция застала его в Иркутске, откуда он ринулся в Петроград, а затем на Урал — туда, где решалась судьба России.

Главное дело: расстрел царской семьи
Летом 1918 года Белобородов стал председателем Уральского облисполкома. Именно он, двадцатисемилетний парень из рабочей слободы, отдал приказ о расстреле Николая II, его семьи и слуг. Решение принималось в спешке: белые армии наступали на Екатеринбург, и оставлять живых Романовых врагу было нельзя. Белобородов лично подписал телеграмму в Москву, а затем докладывал: «Семья расстреляна, тела уничтожены». Этот поступок сделал его фигурой чудовищной славы в истории — одни проклинали, другие славили как героя революции. В 1919 году он вошел в ЦК партии и Оргбюро, но ненадолго — уже в 1920-м его вывели из высшего руководства.

Характер: железная воля без полутонов
Он был человеком действия, а не размышлений. Никаких колебаний, никакой жалости — только классовая логика. В личной жизни — такой же жесткий: не прощал слабости ни себе, ни другим. После смерти Ленина поддержал Троцкого, за что был отправлен на хозяйственную работу в Наркомторг. В 1927 году его исключили из партии как оппозиционера, но в 1930-м восстановили — правда, уже без былого влияния. Он знал, что его прошлое — бомба замедленного действия.

Наследие: тень расстрельного дома
Его имя останется навсегда связанным с домом Ипатьева — местом, где закончилась трехсотлетняя история Романовых. В советских учебниках его называли «непримиримым борцом», в постсоветских — «палачом». Он сам не дожил до суда истории: в 1937-м его арестовали за «троцкистскую деятельность», а через год расстреляли. Тело сбросили в безвестную яму — как когда-то тела царской семьи.

Он не выбирал мягких путей, но шел по ним до конца.
Его жизнь — напоминание о том, что история не прощает жестокости даже своим героям.