7 декабря 1934 - 7 апреля 2021
Иосиф Григорьевич Атабеков
1934 — 2021
**Поворотный момент в пробирке**Всё могло сложиться иначе, если бы не тот эксперимент. Молодой учёный, склонившийся над лабораторным столом, наблюдал нечто невозможное: вирусные частицы, лишённые своей генетической сущности, оболочки, собирались вновь, обретая форму и, что важнее, — инфекционность. Это была не просто удача, а прорывное озарение. Работа с вирусом табачной мозаики в середине 1960-х принесла Иосифу Атабекову мировое признание и чёткое понимание: вирус — это не просто паразит, это идеальная молекулярная машина, чьи тайны можно разгадать и даже перепрограммировать. Этот успех стал трамплином для всей его дальнейшей жизни, определив главный вектор — вирусологию растений.
**Истоки среди книг и микроскопов**Детство и юность будущего академика прошли в Москве, в атмосфере, где ценились знания. Его путь в науку не был озарён внезапным откровением, а скорее выстроен последовательно и осознанно. Увлечение биологией привело его на биолого-почвенный факультет МГУ, который он окончил в 1957 году. Уже тогда его интересовали не просто живые организмы, а фундаментальные основы их существования на самом малом уровне. Он попал в школу выдающегося биохимика Александра Спирина, где постигал азы молекулярной биологии — науки, которая только зарождалась и сулила революционные открытия.
**Путь к разгадке молекулярного шифра**Становление Атабекова как учёного пришлось на золотую эпоху советской молекулярной биологии. После аспирантуры и защиты кандидатской диссертации он погрузился в мир вирусов растений. Его не устраивало простое описание болезней; он стремился понять язык, на котором общаются вирус и клетка. Работа в Институте биохимии имени А.Н. Баха, а затем создание и руководство отделом биохимии вирусов растений в Институте физико-химической биологии МГУ стали полигоном для смелых гипотез. Он изучал механизмы самосборки вирусных частиц, межклеточный транспорт инфекции и тонкие взаимодействия вирусных белков с организмом хозяина.
**Кафедра как вселенная**Главным делом его жизни на десятилетия стала кафедра вирусологии биологического факультета МГУ, которой он руководил с 1971 года. Это была не просто административная должность. Атабеков создал уникальную научную школу, синтезировавшую классическую вирусологию с передовой молекулярной биологией и генной инженерией. Под его началом выросло несколько поколений учёных, а сама кафедра превратилась в признанный мировой центр по изучению вирусов растений. Его лекции, отточенные и насыщенные, были событием, а лаборатория — местом, где рождались идеи, опережавшие время. Он вёл её до 2017 года, передав эстафету, но не прервав связь с наукой.
**Метод Атабекова: строгость и ясность**В личности Иосифа Григорьевича сочетались, казалось бы, несовместимые черты. Он был учёным-аристократом, безупречно вежливым и сдержанным. Его научный стиль отличала абсолютная строгость и требовательность к доказательствам, граничащая с педантичностью. Он не терпел приблизительности. Одновременно он обладал редким даром ясно и системно излагать самые сложные концепции, будь то в научной статье, учебнике или в разговоре со студентом. Его авторитет был непререкаем, но основан не на должности, а на глубине знаний и научной честности.
**Наследие, встроенное в ДНК науки**Наследие Атабекова материально и нематериально одновременно. Это — созданные им учебники, которые стали библией для вирусологов, фундаментальные открытия в области структуры и функций вирусов, патентованные технологии создания вирусных векторов для биотехнологии. Но главное — это его школа. Принципы, которые он заложил, продолжают работать в исследованиях его учеников и учеников его учеников. Он был избран академиком РАН и членом многих престижных академий, включая Европейскую, но, пожалуй, лучшей наградой для него было видеть, как развивается начатое им дело.
Его жизнь была экспериментом длиною в век, давшим науке чистый и воспроизводимый результат.
Благодарность — тем, кто продолжает читать молекулярные письма, адресованные нам природой, его почерком.