12 августа 1920 - 27 ноября 1982
Владимир Яковлевич Алкидов
12 августа 1920 — 27 ноября 1982
Война могла обойти его стороной. Родись он в мирное десятилетие, где аэроклубы не выстраивались в очередь за героями, его имя осталось бы в заводских ведомостях. Но время выбрало иной маршрут: в августе 1942 года, когда ему исполнилось двадцать два, страна вручила ему высшее признание, сделав его самым молодым Героем Советского Союза среди летчиков того периода. Небо не спрашивает разрешения, оно берет тех, кто готов к нему прикоснуться.
В иной истории он мог стать потомственным кузнецом или инженером на Урале, где родился. Семья рабочего, школа фабрично-заводского ученичества — это была бы честная, тяжелая доля. Но в 1937 году в его руки попал не молот, а штурвал планера. Аэроклуб в Нижнем Тагиле стал той развилкой, где статистика уступила чуду. Через год он уже в Батайской военной авиационной школе, и пространство над землей перестало быть чужим.
Война застала его на границе — в июне 1941 года он служил на аэродроме в Прибалтике. За первый месяц боёв он сбил пять самолётов противника, но его собственный «Як-1» горел дважды. В октябре 1941 года, после очередного ранения, врачи настаивали на списании с лётной работы. Другая версия судьбы: кабинет, бумаги, тыловой госпиталь. Но он вернулся в строй, и к лету 1942 года его звено стало легендой под Сталинградом. Именно там, в небе над тракторным заводом, он в одиночку принял бой с шестью «Мессершмиттами», сбил два и заставил остальных бежать. За этот вылет ему вручили звезду Героя.
Говорят, у лётчиков-истребителей есть два состояния: везение и смерть. Алкидов выбрал третье — упрямство. Он никогда не брал на борт ни патрона лишнего, ни лишней капли топлива, чтобы машина была легче и быстрее. После войны, когда многие его однополчане ушли в запой или тихую тоску, он остался в авиации — преподавал, учил молодых, летал на реактивных. Его не сломали ни контузии, ни переломы: он умел переплавлять боль в высоту.
Его жизнь могла оборваться в 1943-м, когда он попал в аварию на испытаниях нового истребителя. Но он выжил, чтобы прожить ещё сорок лет. Он не стал маршалом и не попал в парадные хроники — его имя тихо живёт на фасаде школы в Нижнем Тагиле и в записях поисковых отрядов. Каждый год в августе, в день его рождения, на его могилу кладут свежие цветы. Никто не кричит о подвиге, но небо помнит звук его мотора.