16 декабря 1883 - 20 апреля 1919
Альтфатер, Василий Михайлович
1883 — 1919
Неожиданный поворот судьбыЭто был человек, чей путь казался высеченным из гранита имперской традиции. В кают-компаниях императорского флота, где пахло лаком, сигарным дымом и неизменным коньяком, его фамилия звучала с оттенком почтительного удивления. Потомственный моряк, блестящий офицер Генерального морского штаба, один из лучших умов, планировавших операции на Балтике в ту великую и безнадежную войну. Мы все знали его как Василия Михайловича, контр-адмирала, чьи шансы на дальнейшее восхождение по служебной лестнице были столь же очевидны, как и его безупречный мундир. Никто, абсолютно никто в 1916-м не мог предположить, куда заведет его эта лестница.
Истоки, пропитанные соленой водойОн родился у моря, в Варшаве, но морем стала для него вся жизнь. Морской корпус, гардемаринские плавания — его формировала та самая железная дисциплина и корпоративный дух, которые скрепляли флот. Я помню его в те предвоенные годы: невысокий, подтянутый, с внимательным, чуть усталым взглядом из-под густых бровей. Он не был рубахой-парнем, его уважали за компетентность, за ту тихую, несуетливую уверенность, с которой он разбирался в самых сложных штабных документах. Казалось, его ждала карьера образцового штабиста, возможно, даже министра в каком-то отдаленном будущем.
В водовороте историиПотом грянул семнадцатый год, и все пошло под откос. Флот, этот огромный, сложный организм, начал разлагаться на глазах. Офицеров убивали, корабли ржавели у причалов, а приказы Временного правительства тонули в хаосе. Альтфатер, получивший свои контр-адмиральские эполеты как раз на излете империи, наблюдал за агонией дела всей своей жизни. Казалось, он должен был, как многие, уйти в тень или попытаться примкнуть к белым. Но он видел не только политику — он видел Россию. И видел, как она остается без флота, без защиты своих берегов.
Выбор без гарантийЕго решение поступить на службу к большевикам осенью 1918-го повергло в шок обе стороны. Для бывших сослуживцев это была измена. Для новых работников наркомата — невероятная удача и постоянный повод для подозрений. Но он пришел не с пустыми руками. Он принес с собой то, чего у новой власти не было категорически: глубокое, системное понимание флота как единого целого. Его назначили первым командующим Рабоче-Крестьянским Красным Флотом. И он, Василий Михайлович Альтфатер, в потертой кожанке поверх старого кителя, принялся за невозможное — создавать флот заново, из обломков.
Созидатель на руинахЕго кабинет в здании Адмиралтейства, который я посещал с поручениями, был полон карт и чертежей. Он не произносил пламенных речей. Он методично, день за днем, собирал уцелевших специалистов, спасал от разграбления архивы и оборудование, писал первые уставы и положения. Под его руководством началось формирование Волжской и других речных флотилий, ставших козырем в руках Красной Армии. Он строил не классовый флот, а просто флот — эффективный, организованный, подчиненный единой цели. В этом был его тихий, но абсолютный профессионализм.
Человек долгаОн был замкнут и сдержан. Говорил тихо, веско, без лишних слов. Глаза, всегда умные и печальные, будто видели не только сиюминутную задачу, но и ту бездну проблем, что лежала впереди. Он нес свой крест с достоинством человека, сделавшего сознательный и тяжелейший выбор. Никакого позерства, никакого желания понравиться новой власти. Только работа. Бесконечная, изматывающая работа на износ.
Наследие, вписанное в водуОн недолго пробыл у руля — всего несколько месяцев. Сказалось колоссальное напряжение, подорванное еще в военные годы здоровье. Его не стало весной 1919-го. Но он успел заложить фундамент. Тот самый, на котором потом, через годы, будет отстроен советский военно-морской флот. Он стал мостом — хрупким, но единственным — между двумя эпохами, передав знание и традиции в мир, где эти слова были едва ли не ругательными.
Его жизнь — это история о том, как долг перед страной может оказаться выше долга перед формой.
Спасибо за то, что в час полного крушения вы нашли в себе силы не бежать, а строить.
