26 мая 1936 - 3 февраля 2022
Изяслав Борисович Пешков
1936 — 2022
О нём не расскажешь прямо. Всякий раз, когда пытаешься взглянуть на Изяслава Пешкова в упор, между ним и тобой встаёт кто-то ещё. Учитель, который однажды поверил в мальчишку из провинции и тем решил его судьбу. Соперник, который ненавидел его тихо и долго, но вынужден был признать: этот человек переиграл систему. Женщина, которая ждала его тридцать лет и так и не дождалась, когда он оторвётся от чертежей. Предатель, который сел в его кресло на один день — и не выдержал веса. Ученик, который до сих пор говорит о нём в настоящем времени.
В 1953 году на вступительных экзаменах в Московский энергетический институт профессор Богородицкий остановился у парты худого паренька из Рязани. Тот решал задачу не по учебнику — своим способом, сломанным, но точным. Богородицкий не стал ставить двойку за отклонение от метода. Он сказал: «Ты будешь моим дипломником». Этот учитель не учил Пешкова запоминать — он учил его чувствовать материал. «Изоляция — это живая ткань, — повторял Богородицкий. — Она стареет, болеет, умирает. Твоя задача — продлить ей жизнь». Пешков запомнил на всю жизнь.
В 1970 году в ВНИИКП кипела борьба за власть. Конкурентом Пешкова на пост директора был человек на десять лет старше, с партийным стажем и связями в министерстве. Он публично назвал Пешкова «мальчишкой из лаборатории». Но когда министр спросил коллектив: «Кого оставите?», — встали все. Даже те, кто за час до голосования клялся в верности сопернику. Конкурент не простил этого никогда. Он ушёл в другое ведомство и двадцать лет писал анонимные жалобы в ЦК, пытаясь доказать, что Пешков «не наш человек». Но Пешков оставался. Соперник умер в безвестности в девяностых, а ВНИИКП под руководством Пешкова стал главным кабельным центром страны.
Женщина, которую он любил, работала в соседнем отделе. Она вспоминала: «Изяслав мог пригласить в театр, а на полпути вспомнить, что забыл выключить стенд, и развернуться обратно». Он дарил ей не цветы — он дарил ей исправленные расчёты её диплома. Она ждала предложения три года. Потом вышла замуж за другого — за инженера, который никогда не забывал про свидания. Пешков пришёл на свадьбу, подарил хрустальную вазу и ушёл в лабораторию — дописывать монографию. На свадьбе он не плакал. Но все видели, как дрожали его руки, когда он подписывал открытку.
В 1998 году, когда Пешков тяжело болел, его заместитель, молодой и амбициозный, решил, что время пришло. Он собрал совет директоров, объявил о «необходимости смены руководства» и занял кабинет. Но уже на следующее утро выяснилось: без Пешкова институт не мог получить госзаказ. Заказчик сказал: «Дайте трубку Изяславу Борисовичу — или сделки не будет». Предатель продержался ровно сутки. Он ушёл без выходного пособия, но с одним уроком: нельзя украсть авторитет, нажитый сорока годами. Пешков вернулся на работу через неделю — бледный, с палочкой, но с улыбкой. О предателе он никогда не упоминал вслух.
Профессор Соколов, нынешний завкафедрой кабельной техники, был его последним аспирантом. Он помнит: «Пешков говорил: “Ты должен знать не только физику изоляции, но и её душу”. Я тогда смеялся. А теперь понимаю: он имел в виду ответственность. Кабель — это не просто провод. Это нить, связывающая города, больницы, заводы. Если порвётся — остановится жизнь». Соколов до сих пор хранит старый лабораторный журнал Пешкова с пометками на полях. Говорит, что открывает его, когда не знает, как решить сложную задачу. И решение всегда находится.