3 апреля 1918 - 14 июля 1995
Олесь Гончар
3 апреля 1918 — 14 июля 1995
Он появился на свет в разгар Гражданской войны, в хате, где пахло горькой полынью и солдатским потом. Александр Беличенко — так значилось в метрике, но мальчик сам выбрал себе имя. Олесь. Звонкое, как удар весла по воде. С детства он путал реальность с вымыслом: придумывал себе отца, которого не видел, сочинял биографии, в которых не было места сиротству. Он врал не со зла — он достраивал мир, который разваливался на части. Вместо игрушек у него были чернила и стоптанные сапоги старшего брата. Позже, став знаменитым, он признается: «Я всегда боялся, что меня разоблачат. Что все узнают, какой я на самом деле».
В 1941 году он мог остаться в тылу — у него была астма, слабые лёгкие. Но он пошёл на фронт добровольцем. Не из патриотического ура-порыва, а из чувства вины: ему казалось, что он недостаточно страдает, чтобы иметь право писать. Гончар прошёл всю войну — от Харькова до Праги. Трижды был ранен, один раз контужен так, что месяц не мог говорить. После войны его мучили кошмары: он просыпался с криком, срывая с себя одеяло, будто сбрасывая сгоревший комбинезон танкиста. Именно танкистом он был под Корсунем. Он видел, как горит сталь. И никогда не рассказывал об этом на публике — только в записных книжках, которые прятал от жены.
Его роман «Знаменосцы» сделал его знаменитым в 26 лет. Сталинская премия, восторг читателей, переводы на десятки языков. Но внутри он разрывался. Он писал о войне честно — насколько это было возможно в 1946 году. Но когда в 1968-м вышел его роман «Собор», начался ад. Книгу запретили за «идеализацию украинского прошлого». Гончар метался: пытался угодить и партийным боссам, и совести. Он писал покаянные письма в ЦК, а потом, рыдая, рвал их в клочья. Он ненавидел себя за слабость. Близкие вспоминают: в конце 60-х он запил. Не показно, а тихо — сидел на кухне, смотрел в одну точку и повторял: «Я предал себя».
🌤 Человек, который не умел быть счастливым
Гончар был женат на одной женщине всю жизнь — Валентине. Но их брак держался на молчании. Она выносила из дома бутылки, он выносил из дома рукописи. У них было двое детей, но с дочерью Олесь почти не разговаривал — она вышла замуж за «неправильного» человека. Он ревновал, злился, страдал. И всё это заливал работой. За 50 лет творчества он написал десятки книг, но сам считал, что главную — ту, что мог бы — не написал. Его мучила фраза, сказанная однажды однокурсником: «Ты слишком удобный, Олесь. Ты умеешь быть великим, но не умеешь быть свободным».
Он умер летом 1995 года, в киевской квартире с видом на Днепр. На столе лежала недописанная страница — последнее слово было «люблю».
Спасибо ему за то, что он, несмотря на все компромиссы, оставил нам «Собор» — книгу, в которой украинское слово впервые зазвучало так громко, что его услышали даже те, кто боялся слушать.